Книга Тень и пламя, страница 67 – Рина Рофи

Он не двинулся с места. Не сказал ни слова. Но тишина, внезапно воцарившаяся вокруг него, и та волна животной, неконтролируемой ярости и желания, что исходила от него, были красноречивее любых угроз. Я прошла мимо него, уловивего запах — дикий, пряный, с ноткой ярости. Наши взгляды встретились на долю секунды. В его глазах не было ни удивления, ни протеста. Было лишь мрачное, торжествующее понимание и обещание расплаты.

Один его взгляд — и в столовой не осталось ни одного оборотня, вампира или еще кого мужского пола.

Это не было преувеличением. Стоило Рею, все еще стоявшему у входа, медленно, как сканер, провести взглядом по залу, как по нему прокатилась волна леденящего страха. Студенты мужского пола, секунду назад с жадностью пожиравшие меня глазами, буквально попадали со стульев. Одни резко отводили взгляд, утыкаясь в тарелки, другие, побледнев, спешно собирали вещи и ретировались, стараясь не попадаться ему на глаза. Воздух сгустился, наполнившись немым, первобытным предупреждением, исходящим от него. Это был не просто гнев. Это был ультиматум, посланный на уровне инстинктов:«Эта самка — моя. Тот, кто посмотрит, пожалеет».

Дана, сидевшая напротив, тихо ахнула, сжимая в руке ложку.

— Охренеть... — прошептала она. — Он просто... очистил территорию. Взглядом.

Я сидела, стараясь сохранять невозмутимость, но внутри все трепетало от смеси страха и торжества. Он не стал устраивать сцену. Не подошел. Он просто... заявил о своих правах так, чтобы понял каждый в этом зале. Я рискнула взглянуть на него. Он все еще стоял там. Его взгляд был прикован ко мне, и в нем не было ни капли насмешки. Только абсолютная, хищная концентрация. Затем он медленно, не спеша, направился к раздаче еды. Никто не осмелился встать в очередь рядом. Он взял поднос и выбрал столик. Не рядом со мной. Не напротив. Он сел по диагонали, так, чтобы видеть меня в поле зрения, но не нарушая моего пространства. Демонстрация контроля. Он дал мне понять: ты можешь играть в свою игру, но я всегда буду здесь. Наблюдать. Ждать.

Каждый мужчина в этой столовой теперь знал, что даже взгляд, брошенный в мою сторону, будет стоить ему дорого. Я добилась своего. Я вывела его из равновесия.

Игра должна была продолжаться. И если играть, то до конца.

Я нарочито, с легким, невинным вздохом, уронила салфетку на пол. Затем, стоя к нему в пол-оборота, медленно, почти грациозно наклонилась, чтобы поднять ее. Естественно, короткая юбка задралась. Естественно, открылся вид на кружевные трусики, столь же откровенные, каки весь мой наряд, словно обещающие то, что скрыто. Я замерла в этом положении на долю секунды дольше необходимого, чувствуя, как по залу проносится подавленный вздох и несколько сдавленных возгласов. Я знала, что он видит. Не мог не видеть.

Подняв салфетку, я медленно выпрямилась, поправила юбку и встретилась с его взглядом. То, что я увидела в его глазах, заставило кровь похолодеть в жилах. Никакой ярости. Никакого кипения. Только лед. Абсолютный, бездонный, смертоносный лед. Его лицо было маской спокойствия, но в этом спокойствии была такая мощь, что воздух вокруг него, казалось, трещал от напряжения. Он не двинулся с места. Не изменил позы. Он просто смотрел на меня. И этого было достаточно, чтобы все остальные студенты в столовой, даже не глядя в его сторону, инстинктивно притихли, почувствовав исходящую от него угрозу. Затем он медленно поднял свою кружку и сделал небольшой глоток, его взгляд все еще был прикован ко мне. Он поставил кружку на стол. Звук был тихим, но в гробовой тишине столовой он прозвучал как выстрел.