Книга Ритуал на удачу: дроу и 40 кошек в придачу. Книга 2, страница 96 – Лина Калина

— Не делай этого. Прошу. Я не из вашего мира, Элкатар.

Я сделала шаг. Ещё один.

— Я не дроу. И не верю, что милосердие делает тебя слабым. И не верю, что сила — это право казнить. Сила — в том, чтобы не поддаться ярости. Даже когда всё в тебе её требует.

Моя рука легла на его — ту, что сжимала кинжал у горла Эйдглена.

— Я помню дроу в тени. Помню пряник, который он мог забрать силой — но выбрал просто взять. Эйдглен сделал свой выбор. И сейчас — мой черёд.

Я сжала его руку крепче.

— Я не прощаю Эйдглена. Не оправдываю. Но я — единственная, кто видел его другим. И если сейчас я отвернусь… тот другой уже никогда не вернётся. Это не пощада. Это вызов. И шанс. Один.

Толпа затаила дыхание.

Жрицы замерли, глаза расширены, как у тех, кто увидел чудо — или смерть. Одна, не осознавая,прижала ладонь к губам.

Кто-то прошептал молитву.

Кто-то — имя Элкатара.

А кто-то сжал рукоять оружия слишком крепко, до побелевших костяшек, будто готовясь вмешаться… если кровь всё-таки прольётся.

Рука Элкатара дрогнула. Затем — медленно опустилась. Кинжал со звоном ушёл в ножны.

— Живи, червь. Один шанс. Но помни: подойдёшь к Нэтте — и я закончу то, что начал. Даже если весь мир встанет между нами.

— Спасибо, Элкэ. — Лирафей тут же бросилась к Эйдглену, обняв его.

— Он убийца, — отрезал Элкатар. — Убил жену моего отца. Не просите меня чувствовать что-либо иное, кроме отвращения.

— Я этого не делал, мил'вар, — фыркнул Эйдглен.(Мил'вар — «слепец, не ведающий». Не тот, кто не может видеть, а тот, кто не хочет.)

— Он не делал, — подтвердила Лирафей. — Я знаю, кто виноват, но не могу назвать имя. Я связана клятвой.

— Всё равно узнаю, — фыркнул Элкатар.

Я стояла рядом с ним — и только теперь поняла, как сильно дрожу. Не от страха. От усталости. От боли. От осознания того, сколько стоило это простое "не убивай".

— Всё закончилось? — хрипло прошептал Адриан, подходя ближе.

Я кивнула. Говорить не могла.

Лирафей не отпускала Эйдглена, её плечи дрожали. Он же молчал — ни взгляда, ни благодарности. Но я и не ждала.

Профессор Ворн протиснулся сквозь толпу и подошёл ко мне.

— Кристалозеркало? Гениальный ход. Непременно передам господину Пибоди, что его студентка разрушает магические узлы с исключительной изобретательностью.

Ворн покачал головой, вошёл в круг рун и поднял артефакт. Сжал его в руке.

— Надо же… маленькая мисс, вы перекроили саму суть артефакта, сбив резонанс магии. Ваша воля, кровь, пыль и искра — не просто компоненты. Вы создали несовместимую частоту. И узел магии не выдержал.

Профессор сделал паузу.

— Не каждый маг додумался бы до такого. И не каждый бы выжил. Это похвала, — он бросил на меня короткий взгляд. — Можете считать, что по всем руническим предметам у вас «пять» до окончания Академии.

— Спасибо. — Я улыбнулась.

— О нет, не стоит, — сухо усмехнулся Ворн. — Позволите мне взять кристалозеркало для изучения?

— Конечно, — кивнула.

Гордиан подошёл следом.

— Вот уж не думал, что мне придётся спасать тебя, сестричка.

— А я не думала, что ты придёшь, — ответила я. — Но рада, чтоошиблась.

Гордиан оглядел Элкатара, Адриана, потом меня.

— Знаю, ты думаешь, что я просто гадкий братец. Что только и делал, что портил тебе жизнь. И ты права. Я специально злил тебя, дразнил… Потому что ты всегда была особенная. А я чувствовал себя — просто младшим братом.