Книга Ритуал на удачу: дроу и 40 кошек в придачу. Книга 2, страница 18 – Лина Калина

Впрочем, вряд ли ей бы понравилось. Она всегда одевалась так строго и практично. Но, в отличие от большинства людей, у неё всё же был вкус.

Пока я предавался этим непривычным для дроу размышлениям о моде, Нэтта вышла из сторожки. Бледная, нахмуренная... Что же, кажется, разговор с господином Ойзом прошёл не так гладко, как ей хотелось.

Я захлопнул журнал и устремил на неё вопросительный взгляд.

— Я… мы… — Нэтта запнулась, теребя край тёмно-зелёного платья. — Господин Ойз подтвердил, что ты был здесьв тот вечер.

— Что же, — я не скрывал удовлетворения в голосе. — Надеюсь, не забыла наш уговор? Если всё именно так, как я сказал, мы отправляемся в мои покои, и ты рассказываешь всё с самого начала.

— Да, — Нэтта рассеянно кивнула. — Но… может, отложим до завтра? Мне… нехорошо.

— Что болит? — я с подозрением посмотрел на неё.

— Нет-нет, ничего! — поспешно заверила она. — Просто… хочу собраться с мыслями.

Я пожал плечами.

— Как пожелаешь. Торопиться некуда.

«Особенно после столь… моего многообещающего трудоустройства», — добавил про себя.

Мы повернули в сторону академии.

— Элкатар, — спохватилась Нэтта. — Господин Ойз всё расспрашивал меня о тебе и о тыквах, но я так и не поняла…

— Ах, это… — я пожал плечами. — Один из мурлоксов пробрался экспериментальную грядку с тыквами. Пустяки, я уже разобрался.

Нэтта кивнула. Но всё же она была сама не своя — рассеянная, потерянная. Когда мы остановились у её комнаты, она даже не вспомнила про журналы. Я спохватился лишь у порога, но возвращать их не стал. «Верну позже», — решил я.

Вечер обещал быть свободным. «Пожалуй, нужно помедитировать», — подумаля. В последнее время мне приходилось прибегать к этой практике всё чаще: слишком много мурлоксов было заключено в кинжале.

Уже уходя, не удержался и оставил на двери Нэтты защитную руну. На всякий случай.

На следующее утро, облачившись в один из своих любимых белоснежных костюмов, я отправился на кафедру руномагии. С каждым шагом по холодным мраморным плитам коридора воздух становился гуще, а в кончиках пальцев нарастало едва заметное покалывание.

Массивная дубовая дверь, исчерченная защитными рунами, была приоткрыта. Из-за неё доносились приглушенные голоса преподователей.

Ворна, как я и ожидал, ещё не было.

Зато госпожа Дурманд, преподаватель ритуальной руномагии, уже суетилась на кафедре в окружении двух коллег, очевидно, не успевших вовремя ретироваться. Заметив меня, она мгновенно прервала свой пламенный рассказ о преимуществах отвара из жабьих глазок (или речь шла о методах гравировки рун на яйцах виверн?) и торжественно провозгласила:

— Господин Алеан'етт! А я ведь всегда говорила, что белый цвет вам чрезвычайно к лицу! Вам стоит навсегда отказаться от этой вашей… мрачной одежды!

Подавив тяжкий вздох, я напомнил себе, что не хочу портить отношения с Гарретом.

Госпожа Дурманд, дай ей волю, тут же начнет раздавать советы по части гардероба. Словно выбор одежды — моя главная проблема.

— Уверяю вас, госпожа Дурманд, я ношу белое не ради красоты. В этом цвете мне проще переносить яркий свет.

— Глупости, — отмахнулась она. — Добавьте в свой гардероб красок! Это же так жизнерадостно!

Госпожа Дурманд продолжала щебетать что-то про «свежесть восприятия», но я уже не утруждал себя попытками вникнуть в этот поток бессмыслицы. В конце концов, невозможно требовать от примитивных созданий хоть какой-то глубины мысли.