Книга Данияр. Неудержимая страсть, страница 93 – Маргарита Светлова

— Ой, да не будь ханжой, — она плюхнулась на матрас и похлопала рукой по свободному месту. — Или сюда, красавец мой.

Волк продолжил сверлить её недовольным взглядом.

— Да не парься ты! Мне частенько приходилось спать и куда в худших условиях. А тут крыша над головой, и матрас мягкий, красота… Да и ты постоянно не будешь просыпаться, проверять, на месте ли я. — Иди сюда, я тебяза ушком перед сном почешу, моя Рыжая очень любила, когда Иста так делала.

Буран сдался. С глухим ворчанием он забрался на матрас, уткнулся холодным носом в её шею и протяжно, с облегчением выдохнул.

А вот Данияр, чьё сознание притаилось в глубине звериного разума, едва не сорвался. Он вцепился в собственный инстинкт, чтобы не перехватить контроль и не устроить тут же, допрос с пристрастием. Его последняя ясная мысль перед тем, как зверь окончательно забрал контроль: «почему она часто ночевала, чёрт знает как? И с кем?» От последней мысли его он был готов рвать и метать.

Данияр лежал уже как час, не в силах оторвать взгляд от спящей пары. В полумраке комнаты его глаза выхватывали каждую деталь: расслабленный изгиб её плеча, лёгкую тень ресниц на щеке, беззащитно приоткрытые губы. Которые так и просили поцелуя. Её огненно-рыжие волосы раскинулись на его чёрных простынях, как живая лава. Его рука, покрытая загаром, резко контрастировала с её белоснежной кожей, лежала на обнажённой талии девушки. Пальцы нежно погладили шёлк её кожи, едва ощутимый жест, полный невысказанного благоговения.

На миг ему показалось, что это всего лишь сон. Жестокий и прекрасный мираж, сотканный из усталости и отчаяния. Стоило моргнуть — и холодные просторы постели, давящая тишина, одиночество, въевшееся в стены этого дома, снова обрушатся на него.

Он замер, боясь пошевельнуться. Боясь спугнуть хрупкое волшебство этого момента. Его взгляд скользнул по её лицу, по знакомым чертам, которые за эти пять лет отпечатались в памяти с болезненной чёткостью.

Он медленно, почти не дыша, притянул её ближе, чувствуя исходящее от неё тепло. Оно было реальным. Осязаемым. Это не сон. Она здесь. В его объятьях. И пока она с ним, одиночество отступало, отползая в тень, как побеждённый зверь.

Он мысленно усмехнулся над своими страхами. Все тревоги, все мучительные ожидания — всё это осталось в прошлом. Их звери сегодня ночью наконец-то спарились.

Стоило только Дее задремать, как её Рыжая мгновенно взяла контроль. Она появилась, высокомерно окинула Бурана оценивающим взглядом, потом, задрав хвост трубой, вальяжной походкой направилась на кухню. Встав передними лапами на стол, принялась с жадностью уплетать землянику, демонстративно игнорируя его присутствие.

Насытившись, она наконец обратила на него внимание. Стояла и с хитрым прищуром изучая могучего зверя. А потом — лёгкий, едва заметный взмах хвостом, и она рванула вон из дома, в ночную тьму, бросая ему вызов и разжигая древний инстинкт охотника.

И преуспела.

Буран не заставил себя ждать. Его волк всегда принимал решения быстро, без тени человеческих сомнений; он не собирался ждать, как это делал Данияр. А Рыжая… Та не особо и упиралась. Так, для приличия, пару раз тяпнула его несильно, с ворчливым рыком, и сдалась. Подчинилась силе, которую, казалось, и сама искала.

И случилось то, что должно было случиться. Стремительно и без лишних церемоний.