Книга Данияр. Неудержимая страсть, страница 26 – Маргарита Светлова

Она смахнула со стола пролитый чай и принялась мыть чашку Марты, механически двигая руками. Уже собираясь убрать её в шкаф, она замерла, услышав новый стук.

— Да что это за день такой? — прошептала она с раздражением. — Не дом, а проходнойдвор! — покачала головой Дея и, поставив чашку, направилась открывать.

На пороге стояла Зара. Дея чудом сдержала вздох раздражения.

— Привет. Извини, что так рано. Я так переживала за тебя, что не могла усидеть дома, не зная, как ты себя чувствуешь. До сих пор в ужасе от мысли, что мой Данияр мог не успеть тебя спасти.

«Мой Данияр». Эти слова вонзились в сердце Деи, как отравленный кинжал. Всё верно — он её. Но почему так невыносимо это слышать? Как заставить себя не мечтать о чужом? Как научиться не чувствовать эту колющую боль при виде его с другой? Дея не знала.

Она взяла эмоции под контроль — ещё раз мысленно поблагодарила вампиров, научивших её скрывать истинные чувства. Да и волчица не подвела: хоть и обиженная, но, помня об опасности, не выдавала своего присутствия.

— Не стоило так переживать, со мной всё в порядке. — Её голос прозвучал удивительно ровно. — Проходи. — Дея распахнула дверь пошире, пропуская гостью внутрь.

Зара проскользнула в дом, и Дея уловила на ней запах Данияра — терпкий, древесный, с примесью чего-то дикого. — Ещё один «подарок» от пробудившегося оборотня — чуткое обоняние. Лучше бы она не знала, что он провёл утро с Зарой. Чем меньше информации о нём, тем проще бороться с чувствами.

— Я так рада, что тебе лучше, — Зара обернулась к ней, и её глаза внимательно изучали каждую эмоцию Деи.

— Спасибо. Но я всё ещё неважно себя чувствую, — Дея скрестила руки на груди. — Я же человек — мы восстанавливаемся медленнее вас, волков.

А в голове у неё крутились совсем иные мысли: как же ей надоело врать, выкручиваться, скрываться! Она мечтала жить свободно, не таясь. Ей осточертело бояться. Она просто устала от всего этого. Но судьбе, видимо, и этого было мало — теперь нужно было скрывать ещё и волчицу, пусть и «с придурью». Лишь одна мысль согревала: с этой тайной придётся жить недолго, от силы — месяца два.

Тем временем Зара продолжала внимательно изучать её взглядом, подмечая каждую деталь. Благо, волосы Деи были распущены — укус Данияра оставался скрытым. Да и препарат Исты надёжно маскировал запах волчицы.

— Совсем забыла, что ты почти человек… — сладковатым тоном произнесла Зара. — Ничего, Марта быстро поставит тебя на ноги. Главное — Данияр успел вовремя. Он мне всё рассказал. Какой кошмар! До сих пор неверится, что вампиры осмелились напасть на нашу стаю? И как ты умудрилась упасть в воду? Это даже для человека — непростительная небрежность.

Дея проглотила её колкость о человеческой природе. Пусть думает, что хочет.

— Ну, такая вот я неуклюжая, — лишь развела она руками.

— Надеюсь, впредь будешь внимательнее. — Зара, делая паузу для эффекта, продолжила. — Люди такие хрупкие… Один неверный шаг может оказаться фатальным. Не рискуй зря, Дея, помни — ты нам очень дорога.

— Постараюсь, — снова солгала она.

В душе она уже решила: если с Данияром ничего не выйдет, она посвятит жизнь борьбе с вампирами, как её сёстры по несчастью. А там каждая вылазка может стать последней.

Дея заметила, что Зара ведёт себя странно, словно хочет что-то сказать, но не решается.