Книга Гримуар Скверны, страница 6 – Таша Вальдар

«Если бы я исчез сейчас, они бы заметили через неделю. Когда их перестанут пускать в этот клуб, потому что, несмотря на деньги, мое лицо на входе— единственный пропуск для этой стаи павлинов».

Внезапно вибрирующий в кармане зауженных джинс телефон прорезал окружающий шум. Он лениво, почти нехотя, достал его. Сообщение. Не от «друга», не от очередной поклонницы. От отца.

Текст был лаконичным, как выстрел, и таким же точным: «Финансовый отчёт за квартал слабый. Не позорь фамилию. Деньги на счёте. Больше результатов.»

Всё. Ни «привет», ни «как ты». Ни намёка на что-то, кроме деловых KPI, как для менеджера среднего звена. Веселье с него будто сдулось в одно мгновение, словно кто-то выдернул штепсель из накачанной адреналином машины. Маска безразличного баловня судьбы упала, обнажив напряжённые мышцы челюсти и пустой, тяжёлый взгляд человека, который смотрит в бездну, а бездна смотрит в него, не находя ничего, что можно было бы отразить.

«Больше результатов. Как будто я его проект. Очередной стартап. "Сын 2.0: обновлённая версия с улучшенными показателями по рейтингам и доходам"».

— Всё, разошлись, — резко бросил он, поднимаясь с дивана так стремительно, что девушка чуть не упала.

— Марк, что ты? Только же началось! — кто-то из приятелей, сын владельца сети отелей, попытался возразить, хватая его за локоть.

Марк посмотрел на него, и в его взгляде было нечто такое, что заставило парня отшатнуться. Это был не просто гнев. Это было обещание боли.

— Я сказал всё, блять! — его голос прозвучал с такой металлической, не оставляющей возражений ноткой, что вокруг мгновенно замолчали. Даже музыка на секунду показалась тише. — За всё заплачено. Веселитесь без меня.

Он не оглядывался на обиженное, насупленное лицо девушки, на удивлённые и тут же ставшие равнодушными взгляды «друзей». Он вышел на прохладную, пропитанную ночными запахами асфальта и выхлопных газов улицу, глотнул воздух, пахнущий свободой и городской грязью, и сел в свой припаркованный у входа мотоцикл. Чёрный, полированный до зеркального блеска, мощный, с низким, рычащим на холостых оборотах двигателем. Единственное, что отвечало ему взаимностью — послушное рычание мотора, отдача руля и скорость, заставляющая забыть обо всём, выжигающая мысли огненным вихрем.

«Помнишь, отец? В шестнадцать, когда я выиграл первые региональные по боксу. Ты не пришёл. Прислал секретаршу с букетом. Как на корпоратив. А на следующий день у нас былавстреча с инвесторами. Ты сказал: "Забудь этот цирк. Настоящие мужчины не машут кулаками — они подписывают контракты"».

Он сорвался с места, вжав себя в сиденье. Город превратился в размытые полосы света. Ветер свистел в ушах, заглушая всё. На скорости в двести километров в час он на секунду чувствовал себя живым. Не сыном, не инвестицией, не стримером. Просто — собой. Тем, кем должен был быть.

Его пентхаус на верхнем этаже небоскрёба был полной, разительной противоположностью шумному, перенасыщенному клубу. Здесь царила абсолютная, давящая тишина. Стекло, хромированный металл и полированный бетон. Ничего лишнего. Ни одной по-настоящему личной вещи, если не считать коллекционного шлема виртуальной реальности, стоявшего на специальном постаменте под стеклянным колпаком, как трофей, и пары потрёпанных боксёрских перчаток, брошенных в углу на дорогом, но безликом ковре — немое напоминание о том единственном, что он выбрал сам, вопреки.