Книга Ритуал на удачу: дроу и 40 кошек в придачу, страница 40 – Лина Калина

«А ночнушка?»

«Где она?»

«Я её привезла... или Мотэ выкинул ночнушку из чемодана дома? Что же делать? Ехать в магазин? Уже поздно. Вряд ли там что-то найдётся. Да и денег у меня мало».

Ладно, решено. Пойду. И придумаю что-нибудь. В конце концов, не впервой выкручиваться из сложных ситуаций!

Думаю, Элкатар сам разберётся с Галкой.

Спустившись из главной башни донжона, мы двинулись налево по длинному коридору третьего этажа. Где-то вдалеке слышались голоса, а из-за приоткрытых дверей кабинетов самоподготовки доносились ароматы трав. Парочка свернула в проём, ведущий к башне, а я, не тратя ни минуты, помчалась к своей комнате.

Элкатар

Финетта резко свернула в другую сторону и скрылась из виду. Преследовать её я не стал. Мысль о том, что девчонка могла вернуться за статуэткой, мелькнула и так же быстро улетучилась.

Она придет ночью, в этом я был уверен.

Поэтому решил вернуться чуть позже в комнату для самоподготовки.

Все это время Галгалея болтала, перескакивая с темы на тему, не заботясь о том, интересно ли это мне.

Но… Оскорбить её — значит обидеть Урлах-Тора, друга моей матушки, что было недопустимо. Приходилось терпеливо выслушивать словесный водопад.

Сначала Галгалея упрямо тащила меня в сторону башни, потом спохватилась и причитала: без Зурга Камнегрыза мы туда не попадём.

«Гоблин, сбежавший из Глубинкрада, чтобы прислуживать низшим расам? Как мило» — подумал я, пока человечка волокла меня в подвал, где располагался кабинет Камнегрыза.

Не все знали, что Глубинкрад — империя лабиринтов, шахт и залов, высеченная в скалах самими гоблинами. Там царила вечная тьма, рассекаемая лишь мерцанием грибов да бледным сиянием камней. Поэтому не удивительно, что Зург хотел расположиться в самом низу Академии.

Галгалея к нему ворвалась без стука и потребовала ключ.

Тот, конечно же, его отдал без промедления — как же не услужить жене ректора?

Правда, я получил неодобрительный взгляд Зурга. То ли он был не в духе, то ли возмущён, что ко мне прижималась человечка.

Я усмехнулся.

Мне безразлично.

Гоблины и дроу не питают друг к другу симпатии. Там, внизу. Мы не воюем. Пока... Иногда ведём с гоблинами торговлю, покупая у них редкие грибы, минералы или сведения о перемещениях других подземных тварей в обмен на оружие или магические артефакты.

Когда человечка завладела ключом, она тут же с энтузиазмом проводника, устремилась к башне, игнорируя моё вежливое «нет».

Именно потому я невежлив. Никакого уважения к высшей расе!

Поскольку избавиться от общества Галгалеи было практически невозможно, я просто молчал.

Матушка требовала от меня почтительного обращения к чете ректора, именуя их «шарил» и «лорел».

С матушкой я мог бы поспорить, но со жрицей дома Алеан'етт — нет. Совмещая две должности, она обладала непререкаемым авторитетом, поэтому мне пришлось быть послушным сыном.

До моих покоев мы шли мучительно медленно. Замокщёлкнул, и массивная дверь из тёмного дерева распахнулась, впуская нас в просторный холл.

Лампы, скрытые за матовыми плафонами, светил тускло, что меня вполне устроило.

— Я проведу экскурсию, — бормотала человечка. — Тут у нас гостиная, — она указала на распахнутые двери, ведущие в следующее помещение.

Это здесь живут самые богатые сынки и дочери этого мира? Какой абсурд!

Бархатные вишнёвые кресла, расставленные по периметру, казались унылыми, а фарфоровые статуэтки на камине — безвкусицей. Пушистый ковёр на полу — тщедушная попытка добавить уюта.