Книга Жених с подвохом, страница 70 – Василиса Кириллова

— Хочешь пройтись после обеда по лесу?

— Это свидание? — прищурившись, спросила я.

— Можно и так сказать, так ты согласна? — одаривая меня улыбкой, ответил он.

— Да, — радостно ответила я. А внутри всё ликовало. Мы идем на первое свидание.

Через какое-то время в комнату вошли служащие, они помогли мне одеться в рабочее голубое платье с белыми узорами, заплели косу, перевязывая белой лентой, и сопроводили в лавку к ткачу.

В лавке было несколько станков, все они были заправлены разными нитями. Работали за станками девушки чуть постарше Лукерьи. Они с недоверием посмотрели на меня, но работать не перестали.

Ткацкой лавкой заправляла вдова, пышногрудая женщина в возрасте. Казалось, что у неё скверный характер, она так грозно посматривала на девчонок, что мне не по себе стало. Ткачиха пригласила меня в свой дом, который был при лавке и усадила за свой станок.

Женщина с таким теплом рассказывала про каждую деталь этого станка, будто бы это живой организм, который требует заботы. Она спросила, что я хочу попробовать соткать, вариант давно крутился у меня в голове:

— А что ткут для жениха?

— Рубаху, пояс, узор невидаль какой, — сказала ткачиха.

— Пояс, буду его ткать, — твердо решила я.

— Тогда пойдем за другой станок, этот для полотна.

Мы сели возле печки, женщина достала небольшой станок, чем-то напоминающий предыдущий, только этот можно было положить себе на колени. Ткачиха спросила о цветах нитей, а я даже и придумать не могла, какой пояс я буду ткать. А потом сообразила:

— А есть золотые или серебряные нити?

— Есть, с какой-то опаской произнесла ткачиха.

— Я заплачу, — настаивала я.

— Не надо! Эти нити тяжело плетутся, точно начнешьс них? — переспросила женщина.

— Да, — твердо ответила я. Я не собиралась сдаваться.

Ткачиха встала и ушла в какие-то закрома, вернулась она с корзиной в которой лежали нити.

Мы заправили их в станок, ткачиха показала каким способом следует ткать, и предупредила, что нить требует ухода и не торопливости. С этим-то проблем не будет, чего-чего, а торопиться я не умею.

Сначала работа продвигалась медленно, нить постоянно рвалась, и я уже хотела бросить это дело, а потом вспомнила лицо Велесова, его уставший вид, он бы смог для меня это сделать, а я что не смогу? Взяла себя в руки и начала всё сначала. Я принималась несколько раз за работу, но нити не слушались. В обед пришла ткачиха и пригласила меня за стол. Мы спешно съели какую-то похлебку и попили чай. Я рассказала, что дела мои плохи, на что женщина сказала:

— Плох тот ткач, который не видит дальше носа своего.

На этом мы и расстались. Я решила, хоть что-то соткать до прихода Велесова, чтобы показать, что я время зря не теряла. Снова заправила станок, села, присмотрелась и увидела, что по всей длине нити висят крохотные горошины, взяла челнок, и попыталась продеть эти горошины на соседнюю нитку, получилось. Попробовала еще раз, снова есть результат. Обрадовалась, подумала об Егоре, о том, как я соскучилась за эти несколько дней, пока мы толком не виделись, как снова хочу оказаться в его объятьях и услышать: Не могу без тебя… Сердце ликовало, голова кружилась от счастья, а работа шла своим чередом. Очнулась я, когда пояс был готов. За окном опускались сумерки, стало как-то тревожно. Ткачиха пришла меня проведать, увидела мою работу и улыбнулась: