Книга Князь из Китежа, страница 24 – Василиса Кириллова

Наконец, мужчина закончил терзать пергамент, свернул его трубочкой и отправил с голубиной почтой. Меня это уже не сколько не удивляло, я воспринимала это как переработку моим мозгом образов, ранее увиденных где-то.

- Ну что же, София Ахилловна. Начнем с самого начала.

То, что мужчина назвал мне мое полное имя, тоже не сколько не удивило, ведь все это продукт моих собственных воспоминаний и эмоций. Бабушка Нюра, была любительницей всего экзотического, и вышла замуж за грека Димитриоса Нафтикиду, но он погиб, и в память о своей греческой любви она назвала папу Ахиллом, на тот момент, в ЗАГСе порицалось все иноземное, и папа из Ахилла стал Архипом, а фамилия Нафтикиду превратилась в Нафтикина. Но бабушка так ипродолжала называть его Ахиллом.

- Но Псковская -то звучит лучше, - прошипели мне в ответ.

Я едва не закашлялась. Но вовремя удержалась, потому что мужчина, как-то подозрительно начал посматривать меня.

- Меня зовут Вольгович Ермил Финистович, я являюсь ректором этой семинарии, и отцом нерадивой ученицы, которая притащила вас сюда. И чтобы не допускать какие-то недопонимания, прошу рассказать вас, что, собственно, произошло.

Ооо! Очень оригинально! Я бы сама не додумалась до такого имени.

- Слушай, балда, что он тебе говорит, а не восторгайся! - произнес мерзенький голос.

- Но-но! Прошу без оскорблений! - произнесла я в слух.

Взгляд ректора устремился на меня, теперь в нем читалось любопытство.

- Простите, я это не это хотела сказать! - вовремя остановила себя я. Говорить ему то, что у меня в голове куча голосов, как-то не хотелось, даже понимая, что это какая-то «соленая» лихорадка. Хотя тело болело, как по- настоящему. Возможно, я ловила уже откат от этой странной соли.

- Продолжайте- продолжайте! – подбадривал меня ректор.

- Да нечего продолжать. Мы ехали на скорой помощи, затем фельдшер вышел по своим делам вместе с водителем, мы с подружкой остались в машине, внезапно появились ваша дочь и ее друг, они разломали раритетный автомобиль, который, возможно, был в единственном экземпляре, и в очень грубой форме направили меня сюда.

— Это всё? - поинтересовался мужчина.

- Мне добавить больше нечего, кроме того, что я жду, когда меня уже отпустит.

- Отпустят вы хотели сказать? – решил поправить меня ректор.

- Нет, отпустит. Понимаете, мы взяли из палатки Псковского соль, так как нам нужно было чем-то приправить картошку. А после обеда, отправились по маршруту, в селе Владимирское, для всех туристов приготовили театрализованное представление, я играла роль невесты.

- Псковский жениха? - переспросил ректор.

- Совершенно верно. После того, как я хлебнула из чаши, у меня начались задорные глюки. И я все жду, когда они наконец закончатся.

Уголки губ Вольговича дернулись в полуулыбке, а затем он предложил пройти в лазарет и немного отдохнуть.

Не знаю, можно ли было во время глюков отдыхать, но иногда же люди просыпаются внутри своего сна, а продолжают спать. Почему не попробовать отдохнуть внутри своего бредового состояния?!

- А что? Кормить не будут? – очнулся мерзенький голос.

- А тебебы лишь бы пожрать, - защепили ей в ответ.

Сначала я думала, что это один и тот же голос, просто в разных интонациях, но, если они начали общаться, это уже о многом говорит. Например, что нужно скорее ложиться спать, чтобы наконец-то они угомонились.