Книга Ледяная принцесса, страница 30 – Дина Сдобберг, Кира Вайнир

— Ты знаешь? — помрачнел Гарден. — Не удивляйся. Мама иногда бредит… Поэтому за ней ухаживают глухонемые послушницы. У меня дар не так силён как у тебя, да и пробудился он всего несколько лет назад. А скрываю… Я понимаю, что мою маму ты ненавидишь, но она моя мама. И она меня любила просто за то, что я её сын. В отличии от отца, которому даже внешностью я не угодил, потому что не уродился похожим на Сарнийских. И все мои счастливые воспоминания связаны с ней и твоим братом. Ты может, не помнишь, но мы были друзьями…

— И пока твой отец не уверен, что сможет остаться у власти после моих двадцати пяти лет, земли и замок, принадлежащие твоей матери, ему необходимы. А значит и жизнь леди Ирлид он будет стараться сохранить. — Озвучила очевидное я. — А если онузнает, что у его сына пробуждённый дар…

— От жизни моей матери останутся секунды. Впрочем, как и от твоей. А мой отец станет королём. Сидеть на троне, конечно, буду я, хотя это последнее чего я хотел бы. А вот как долго сможет прожить королевство при моём отце… Падение стены четыре года назад это наглядно показало. — Мрачно закончил Гарден.

— А Патрик? — разрешала я для себя ещё один вопрос.

— Мой единокровный брат. — Ошарашил меня кузен.

— Бастард вашего опекуна. Потомственный так сказать бастард. — Откликнулся мелкий язва.

— И как это дядя упустил из виду настолько одарённого своего отпрыска? — не поняла я.

— Потому что отец тщательно следит за служанками, которые имели несчастье привлечь его внимание. Те, кого он подозревает в том, что девушка забеременела от него, попадают в различные неприятности. Смертельные. — Сжал кулаки Гарден. — Отец считает, что наличие бастарда в роду это всегда угроза положению. В том числе и его собственному. Ему можно верить в этом вопросе. По себе же судит.

— А как же… Патрик? — спросила Хелла.

— Я наткнулся на его мать, когда она плакала после очередного визита в спальню отца. Она была единственной, кто пытался скрывать высочайшее внимание и стыдилась его. Поэтому, наверное, я ей сочувствовал. Когда она поняла, что беременна, интерес отца к ней уже пропал, но она не обманывалась, понимая, что её ждёт. — Гарден прошёл к шкафу с книгами и достал одну из них. — Мне тогда пришлось устроить глупый спор с одним из придворных лордов. Я заранее знал, что выиграю, а лорд должен будет неделю чествовать первую вышедшую из замка служанку, как королеву. Конечно, первой вышла именно та служанка. И её просьба, перевести её из замка на обслуживающую замок ферму после этого, никого не удивила. Служанка боится мести лорда. Кого этим удивишь? А потом она исчезла, говорили, сбежала с каким-то ухажёром. На самом деле жила до родов здесь, в столице. Через пару месяцев после родов она действительно исчезла, а я подкинул брата на детский порог, куда все замковые служанки своих нагуляшей подкидывают. Сложнее всего было научить брата не проявлять своё отношение ко мне при посторонних. Чтобы не путаться Дар и наедине зовёт меня лордом.

— Дар? — кузен протянул мне документы о рождении Дарольда Сарнийского.

— Патрикомего назвали на кухне, и возраст определили на глазок. — Объяснил мне Гарден, пока я неверяще смотрела в бумаги.

— Дарольд? — повторила я имя погибшего брата.

— Ты можешь мне не верить, но его гибель была потерей и для меня. — Признался Гарден.