Книга Хроники Королевств. Царица Степи., страница 77 – Кира Вайнир, Дина Сдобберг

- Каждый раз танцует, просит Степь прекратить вражду между орками и вернуть ей одного из старших сыновей. - Тяжело, совсем по-взрослому вздохнул орчонок. – Мы с Фламми тоже же переживаем. Кушаешь иногда что-нибудь вкусненькое и думаешь, а он там как? Когда ел хотя бы досыта... Брат всегда старался нам вкусненького подсунуть. Уйдёт на службу по договору, а сам ещё грузчиком каким подрабатывает. Зато домой везёт маме украшений или ткань на платье, папе нож какой-нибудь или карабины для ремней, с которыми отец по скалам лазает. А нам с братом игрушек и сладостей.

Слова мальчика не давали мне покоя. Получается, что эта междоусобица не просто между одним каким-то племенем и остальными. Она проросла, пустила корни, и рвёт семьи изнутри. А для орков семья не просто звук. Орки за семью готовы пойти на многое. И если надо отдать свою жизнь ради благополучия племени, пронизанного крепкими кровно-семейными узами, то орки жертвуют собой, не задумываясь.

Оттого и не связываются со Степью. Даже вампиры стараются бить тайком, исподтишка. А если и нападают, то хорошо подготовившись и всем гнездом сразу. И то, итог неизвестен. Орки опасные и сильные воины даже когда служат за плату. Но когда они сражаются за родную землю, за свои стойбища, им очень мало кто может противостоять.

И если я считаю, что Степь должна стать Великой не только по названию, но и по значению, значит этот раскол между орками пора оставить в прошлом.

Когда я спустилась к площади, меня встретили изумлëнными взглядами. Саргал и отец потянулись за своими плащами-шкурами. Я остановила их улыбкой.

Тонкая полоска чёрного паучьего шёлка прикрывала грудь, на бёдрах, чуть ниже пупка, держалась юбка со шлейфом. Тоже чёрная, но по краю расшитаяжёлтыми, красными и оранжевыми кристаллами. Рисунок в виде кругов был симметричен и должен был напоминать раскрас одной бабочки. Остальной мой наряд составляли многочисленные браслеты и цепочки, что звенели при каждом движении. А на улице было далеко не лето, да и до весны всё ещё было далеко.

Тот танец, что я собиралась танцевать, только под их звон и танцуют. В этом и заключается мастерство танцовщицы, задавать собственными движениями ритм, которому подчинялось тело.

Лёгкость этого танца была обманчива, как и хрупкость бабочки, образ которой послужил примером для моего платья. Но сейчас я увидела в этом особый смысл. Ведь я не просто благодарила Степь за приём дочери чуждого ей народа. Я просила примирения для её детей, и показывала, что понимаю как это сложно и трудно. И что мало просто сказать, нужно трудиться. Тяжело трудиться, чтобы связать воедино разорванные связи.

Я не сразу поняла, что меня поддерживают. Потихоньку, негромко, подбирая частоту и силу ударов по барабану под тот ритм, что задавали мои браслеты, два орка поддерживали мой танец. И я увидела в этом добрый знак. Один совсем молодой, я помнила его по охоте. А второй совсем старый, по виду старше отца. Потом к ним присоединился ещё один орк, и ещё...

В тот момент, когда я оборвала танец, замерев вытянувшись и чуть изогнувшись, чтобы юбка встала парусом, на мгновение превращаясь в крылья бабочки, вместе со мной оборвали ритм больше десятка барабанщиков. А налетевший внезапно ветер обвился вокруг моего тела и заставил юбку долго трепыхаться, превращая меня саму в бабочку.