Книга Кости под моей кожей, страница 64 – Ти Джей Клун

— Ты идёшь?

Алекс тоже смотрел на него, ожидая ответа.

В конце концов, Нейт кивнул.

Они вышли наружу.

Арт была права. Ничто не могло сравниться с запахом, витавшим в воздухе после дождя.

Его кожа стала ледяной к тому времени, как они вернулись в дом. Нейт сказал им, что собирается принять душ, чтобы согреться.

Он долго стоял под струями воды.

Его мучил вопрос, сколько ещё они собираются тут оставаться.

Вода дарила коже приятные ощущения.

Арт переоделась в пару спортивных штанов, которые казались ей великоватыми. Концы штанин пришлось несколько раз подвернуть. Ещё на ней была толстовкас надписью «ДИВА». Девочка выглядела нелепо.

Она стояла в коридоре и смотрела на висящие на стенах фотографии. Он услышал, как Алекс выходит из кухни.

Нейт замялся.

Арт знала, что он рядом.

— Как их зовут? — поинтересовалась она.

— Арт, — окликнул Алекс с предупреждением в голосе.

— Я просто спрашиваю.

— Всё в порядке, — произнёс Нейт, удивлённый тем, что всё именно так и было.

Алекс хмыкнул, как и обычно.

— Линда, — сказал Нейт, подходя к Арт. — Моя мать. А моего отца звали Митчелл.

Девочка потянулась и поправила рамку, которая висела слегка криво. На фотографии изображался четырнадцатилетний Нейт, стоящий с родителями на причале возле хижины. Снимок сделал Рик. В руках Нейт держал удочку, кончик которой согнулся, а леска тянулась в воду. Отец ждал рядом с сачком в руке, приготовив его для длиннопёрого солнечника^[4], который попался на крючок. Мать смеялась, запрокинув голову назад, на её лице играла широкая улыбка, зубы блестели, глаза прищурились.

— И они мертвы.

— Да, — подтвердил Нейт.

Она посмотрела на него, склонив голову.

— Твой голос всё ещё не звучит печально. Просто сердито. Я думала, что когда кто-то умирает, тебе должно быть грустно.

— Это не так. Не всегда.

— О. Почему?

Нейт не должен был об этом говорить. Не с маленькой девочкой. Вообще ни с кем, если честно. Он об этом не просил. Он приехал сюда, стремясь побыть в одиночестве, желая справиться со своим горем, которое было больше гневом, нежели чем-либо ещё. Нейт должен был сказать ей, чтобы она перестала задавать вопросы. Должен был ответить ей, чтобы она не лезла не в свои дела, что, честно говоря, было просто до чёртиков вздорно, учитывая все те вопросы, которыми он завалил их.

Вместо этого Нейт промолвил:

— Потому что иногда люди не заслуживают того, чтобы я из-за них грустил.

— Но ты что-то чувствуешь.

— Да.

Арт кивнула, будто поняла. Он не был уверен, так ли это.

— А он? — Девочка указала на другую фотографию. Первое лето в хижине. Рик обнимал Нейта за плечи. Оба были в шортах и майках. Они сидели на крыльце босые. У подножия лестницы стояла маленькая статуэтка тролля, которую мама купила в Розленде. Через несколько лет она сломалась, когда осенью по горам пронёсся сильный шторм. Мать из-за этого до странности сильно опечалилась,когда они приехали на выходные, чтобы осмотреть повреждения. С домиком всё было в порядке — всего пару ставней сорвало с петель. Но этого проклятого тролля сбило с его места и раскололо на несколько частей, и она так расстроилась.

— Рик, — произнёс Нейт. — Мой брат.

— Он на тебя не похож. Не сильно.

И да, Нейт уже такоеслышал раньше, верно? Рик был красавчиком, крутымпарнем, братом, который осенью играл в футбол, а весной в баскетбол. Он пользовался популярностью, всегда с девушкой в обнимку и дьявольским блеском в глазах. Нейт же играл в оркестре. На тромбоне. И был не очень в этом хорош.