Книга Капкан чувств для миллиардера, страница 116 – Марта Заозерная

Изящные, тонкие щиколотки выглядывают из-под укороченных белых брючек. В который раз убеждаюсь — Эми бесконечно хрупкая. Страшно её поломать. Во всех отношениях.

Я не образец для подражания. Со мной тяжело. Не каждая взрослая женщина найдет в себе силы подстраиваться под такого человека, как я. А тут молоденькая девочка. С горящим в груди огоньком и гормонами внутри плещущими. То ещё удовольствие — потратить свою молодость на мужика закрытого, а порой и мрачного.

У меня есть представление о своем будущем и о жизни в целом, изменить его уже мало что сможет. Я не тот, с кем Эмма сможет беззаботно дни проводить,веселиться, летать на отдых, по клубам ходить. Мне некогда, да и не хочется. Никогда не хотелось. В тоже время, ей без меня я тоже не позволю развлекаться излишне. Не потому, что не доверяю. Отнюдь. Просто вот такой я самодур. Постоянно буду думать о ней, беспокоиться, изводить нас обоих. Меня в моём возрасте уже не изменить.

Всё это знал изначально. Давал нам с ней возможность обдумать. Сделать выбор, не опираясь на одни лишь эмоции. Но чем больше проходит времени, тем сильнее убеждаюсь: не вижу её рядом со сверстником. Каждый из них для неё мелковат. С Сашей они спелись неплохо, но такой вариант на корню отметаю. Даже представить себе не могу. Нет, просто нет.

— Эмма, ты должна понимать свою ценность. Если мужчина любит, он будет ждать. Это в закрытом клубе в Эмиратах можно не удержаться и трахнуть эскортницу или просто девицу легкодоступную. Жестко, по пьяни. С любимой девушкой всё иначе. С тобой иначе, Эм, — задумавшись, обхватываю рукой подбородок, приложив указательный палец к губам. Насколько я давно это понял? Вернее всего — почти сразу.

— Значит, с другой ты бы не стал так церемониться? — Эмма обращает взгляд ко мне, выглядит немного расстроенной.

— Малышка, с девушками твоего возраста я не имел отношений уже лет пятнадцать как. А те, что были в моей жизни, им, как ты выразилась, церемонии ни к чему были.

Эмма напряженно прислушивается. Сопоставляет. Хмурится. Затем распахивает глаза возмущенно.

— Это выходит ты жене изменял?

У нее на макушке лампочка разве что не загорается от этого открытия.

То, о чем я говорил! Так удивляется. Беспорочность и чистоплотность. Эмме тяжело в этом мире. Что бы ни происходило, она продолжает верить в людей.

— Эмма, в твоем возрасте я был женат. У меня был сын. Но семьи рядом не было. Только казармы и сослуживцы. Моей бывшей жене было тошно от одной мысли — жить в богом забытом городке, которого и на региональной карте-то нет. Не для того она за меня замуж выходила, чтобы ютиться в квартирке, мало чем от коммуналки отличающейся. Здесь, в Москве, мой отец квартиру для нас купил трехкомнатную. Десять месяцев в году я проводил вдалеке от семьи. Как ты думаешь, изменял я жене или нет?

Вижу, как в её глазах удивление вспыхивает.

Хвастаться нечем, но я не хочу, чтобы Эмма меня идеализировала. Онаи так, видимо, в этом преуспела.

Не стыжусь. Предпочитаю свою личную жизнь не обсуждать. Этап с женой бывшей у нас пройден давно. Она сполна мне отомстила, сделав аборт чуть больше десяти лет назад. Перспектива обременить себя «маленьким орущим комком» её так испугала, что она, не посоветовавшись, понеслась в клинику. А то вдруг я узнал бы и помешал ей прожигать жизнь на курортах, запер бы в четырех стенах и заставил заниматься ребёнком.