Онлайн книга «Ожившие кошмары»
|
— Шнурок бы какой-нибудь… «Шнурок» сплели из связанных друг с другом обрывков простыни, как в фильмах про побег из окна. Медсестре-хозяйке отдали что осталось, наврав про кривую проволоку в матрасе. Но сперва долго закидывали цыганенка угрожающими и обнадеживающими записками, нацарапанными на туалетной бумаге. Вожделенную коробку с дешевым вином спрятали под Катин матрас. На ужин она не пошла. Странно, что в палату так никто и не пришел, не покормил лежачую неизвестную. — К-ак д-думаешь, заметят? — Света кивнула на стену, «в сторону» процедурного кабинета. Даже в полумраке Катя видела, как порозовели ее щеки. Вечно голодные, они захмелели быстро. Теперь любую фразу приходилось мысленно строить очень тщательно, иначе язык заплетался. — Наплевать. — Катя мотнула головой. Почесалась. В тот момент ей и впрямь было все равно — поймают их при ежедневной утренней сдаче анализа или нет. Голова кружилась. Видимо, разноцветные таблетки не очень сочетались с алкоголем. — Знаешь, ч-что странно?.. — Что? — А… ладно… Н-не бери в голову… Сейчас, в полуночной темноте, когда окружающая тишина тревожно звенела в ушах, страх вновь нахлынул на нее, сжал липкими объятиями. И то, что днем казалось нелепицей, совпадением, приняло вдруг формы кошмара, от которого не скрыться под щитом одеяла. Перед глазами вновь всплыло видение: металлическая дверь отъехала в сторону, словно открылась пасть хищного зверя. В нос ударил сильный запах хлорки, глаза защипало. Она скинула рубаху и зашла, поспешно затворила дверь. Огляделась. Коморка два на два не вмещала в себя душ — она сама была душем. Замощенная бледным кафелем целиком по периметру душевая больше всего напоминала каменную клетку. Отверстия в потолке — добровольная пытка. Никакого выбора горячей — холодной воды, только вкл/выкл. Отверстие в полу — слив. Отверстия в боковых стенах… Она так и не поняла, для чего они, маленькие дырочки размером с палец. Словно крохотные замочные скважины для извращенцев, которым вдруг вздумается поглядеть на представление, будто мало в клинике издевательств. «Включить» — крик, протяжный, на выдохе. Ледяные струи больно бьют по плечам и спине. «Выключить» — и тело дрожит, отказываетсяподчиняться, двигаться… Хочется выть, хочется сжаться в комок, спрятать, втянуть конечности в тело, где еще остались крохи драгоценного тепла. Натирая красное тело мылом, Катя щурилась от слез, размазывала их по щекам и ладоням, пытаясь собраться, приготовится к повторению пытки. Вены снова вздулись, и чесать их было в удовольствие. «Включить» — еще один крик, уже тише. Поспешные махи руками, топтание на месте. Пальцы на руках и ногах посинели, стали мертвые. «Выключить». Все. Закончилось. Никакого полотенца нет. Вытирались старой рубашкой, сброшенной на входе. А затем шли за новой в кабинет сестры-хозяйки. Как есть, голышом, прикрываясь руками и дрожа от холода. Очередное унижение в копилку испытаний. Вот тогда-то она и увидела его. Маленький хрустальный шарик, чудом застрявший в широком сливе. Он зацепился шнурком за неровный край ржавого ободка, словно утопающий хватается за любую соломинку. Точно такой же брелок висел на телефоне Иры. Странно… * * * Из процедурной Света вернулась заплаканная и очень тихая. Катя видела свежие синяки, которые оставила на ее теле неумелая игла уколов. Попыталась ее приободрить, разговорить. Оказалось, дело в другом. Оказалось, врач хотела отправить Свету на выписку, но ночное пьянство подло всплыло в анализах, и сроки перенесли. |