Книга Пепел наших секретов, страница 35 – Ева Ланси

Это точно нельзя сказать про Алека, но от него я получаю скупой ответ.

Алек: «Занят».

Сукин сын. Встреча со мной – в его интересах, ради него я, по сути, притащился сюда, рискуя не успеть на первую лекцию в колледже. Алек Брайт же, который посещает школу исключительно ради галочки и не скрывающий этого, внезапно становится очень «занят».

Я не удивлюсь, если он специально сейчас злит меня, высаживает на нервы.

Кей: «Минута – и я сваливаю, Брайт. Мне это на хрен не нужно».

В общем-то нужно. Мне очень помогут деньги. Но все же не так критично, чтоб я связывался с приятелем-идиотом.

Алек: «Кей, я правда занят. Через десять минут выйду – сейчас не могу. Дождись, пожалуйста».

Я дважды перечитал сообщение. Кей? Не очередное тупое прозвище? Слово «пожалуйста»? Нет явного намека на какой-то стеб?

Мне точно пишет Алек? Или очередной умник из «Сент-Лайка», позаимствовавший его гаджет?

Если он серьезно, мне будет очень интересно узнать, что на него нашло и при каких обстоятельствах он писал сообщение. И да, я дождусь его.

Я даже уставился в окно, открывающее вид на территорию школьного двора, в ожидании ублюдка, внезапно ударившегося в несвойственную ему вежливость и ответственность.

Но тут же вижу гораздо более любопытное для меня, чем он.

Сирена, уверенной походкой шагающая к парковке, где оставляют велосипеды немногочисленные школьники. Это ничуть не странное событие, не козни судьбы, что сталкивают нас вместе, все вполне логично – девчонка здесь учится. А я с радостью понаблюдаю за ней издалека.

Длинные красивые ноги Сирены Лайал так элегантно обрамляют раму велосипеда, что мне хочется самому быть этим гребаным средством передвижения. Но, с другой стороны, лучше нам держаться друг от друга подальше. А ее классным сиськам тем более лучше держать дистанцию от меня. Мне хватает их прошлого образа у моих ног, а потом – в порноснах.

За тонированными стеклами девушка вряд ли узнает, что я наблюдаю. Такая у нас игра в кошки-мышки. Вероятно, когда она «ненароком» упала, то поджидала меня. Я был ее «мышкой», как она могла посчитать. Но сейчас Сирена – мое подопытное животное, объект наблюдения.

В какой-то момент она резко поворачивает голову к машине, не доезжая до ворот. Выражение ее лица меняется с каждой секундой. Сирена то ли чрезмерно рада мне, что готова ворваться в салон и грубо отдаться на пыльном сиденье, то ли чрезмерно презирает меня, что я не отодрал ее в саду роз ее матери. Еще секунда – и девушка мчит к моему внедорожнику.

Кажется, даже ладони потеют от такой стремительной встречи. Каменное, незаинтересованное лицо – мой исключительный спутник для встреч с Сиреной. Это лучше для всех нас. Чтобы я и Сирена Лайал никогда не были чем-то большим, чем друг и сестра Дастина.

По мере приближения замечаю, что она пытается строить злое лицо, но выходит жутко комично. Маленький, вздернутый носик опускается при хмурых бровях, а ей все равно это идет. Сирена слишком открытая и естественная, чтобы изображать из себя кого-то. В мире девушек, что вечно строят из себя нечто более особенное, чем являются, – одухотворенные, осознанные, просчитывающие любые жесты, эта маленькая велосипедистка как глоток свежего воздуха.

В этом ее прелесть…

– Ты гребаный озабоченный мудак! – выкрикивает Сирена.