Книга Пепел наших секретов, страница 154 – Ева Ланси

Прощай,

твой братишка, Д.»

Прочтя это в первый раз, я плакала.

Ладно, буду честной: до сих пор всякий раз, когда перечитываю его, я плачу.

Но слезы помогают мне смириться с реальностью. Именно внезапно возвратившиеся эмоции и делают меня снова живой.

И Кей. Который теперь каждый день бережно собирает разбитую меня по маленьким кусочкам.

То, что разбилось, уже никогда не будет цельным, как прежде. Мы с ним оба разбиты, каждый по-своему. И у него, и у меня своя боль, свои несовершенства и вина. Но… Оказывается, это нормально.

Быть неидеальным – нормально, с этим можно жить. Более того – все так и живут, просто мы еще не в курсе чужих историй, порой даже близких друзей, верно?

А еще – я признаю, что все мы эгоисты. Кто-то больше, кто-то меньше.

Кей вел себя эгоистично, поставив на первое место только свои страдания и потери и решая за меня, «как нам лучше».

Я тоже. Когда думала лишь о своей любви и в упор не хотела замечать, что родной брат тяжело болен.

Родители – которые дали слишком много свободы своим детям, чтобы больше уделять время друг другу.

Мой брат – когда выбирал путь, понимая, как будут горевать его близкие.

И…

Как там сказал братишка, что «нет никаких по-настоящему “правильно”»? Теперь я это знаю. Нужно слушать только свое сердце – а оно любит. Любит Кея, своих вечно влюбленных друг в друга родителей и, конечно же, брата, даже если его больше нет в живых.

Любит и прощает. Понимает и принимает.

Вот мой выбор.

На первом этаже я слышу шум и, выбросив мысли из головы, я тороплюсь вниз. Замираю на лестнице, глядя на пришедшего Кея.

Мой.

Вопреки всему и благодаря всему.

Я постоянно любуюсь его внешностью, как девчонка. Мне нравится его голос, манера говорить, когда вся его грубость при мне становится нежностью, я просто схожу с ума.

Мне нравится, когда мы идем, взявшись за руки по улице, коронная парочка – девочка-милашка и красивый парень с крепким телом и в строгом пиджаке. Обычно сдержанный Кей может резко остановиться и начать меня целовать. О да, мы те, кого некоторые клеймят за публичное выражение чувств, заставляя случайных свидетелей презрительно фыркать носом.

Мне даже нравятся его вспышки занудства, когда я тащу его перекусить в какой-нибудь фастфуд. Он поначалу делает недовольное лицо, словно ему предложили попробовать на вкус чужие грязные носки. Я игриво дразню его, размазывая на губах крем от пирожного и медленно слизывая его языком. После чего вся его броня рушится, он целует меня и идет заказывать целый поднос чизкейков.

Да, он все еще подвержен здоровому образу жизни и следит за питанием, но это уже не выглядит одержимостью, когда он позволяет себе расслабиться.

Мне нравится его теплое отношение к младшим братьям и сестрам, когда он рассказывает о них. И однажды мы познакомимся с его семьей тоже.

Эгоистично нравится, что он до сих пор бесится, когда речь заходит о его бывшем подельнике Чуваке, тот сейчас находится под арестом вместе со вторым парнем. Нравится потому, что я чувствую, как его злят люди, которые желали мне зла и в принципе сеяли повсюду зло.

Нравится то, как он, например, сближается с моими родителями. Когда я оповестила их официально, что мы встречаемся, Кей сторонился их, хотя они знакомы уже давно. Ему было непривычно общаться с ними, находясь в новом статусе. И да, он сперва не мог поверить, что им наплевать из какой он семьи и сколько у него денег. Но теперь я вижу, как он вместе с моим отцом обсуждает футбол. Они оба болеют за «Филадельфия Иглз» и даже договариваются посетить вместе следующую игру команды.