Онлайн книга «Пепел наших секретов»
|
Отец перехватывает ее в свои объятья, и теперь ее «нет» глушится в его светлой рубашке. Мы с папой воспаленными глазами смотрим друг на друга, игнорируя собственные слезы, и не произносим ни слова. Долго смотрим. Пока к нам не подбегает женщина средних лет в форме медсестры. У нее очень грустное лицо. Она призывает мою маму успокоиться, но это бесполезно. Мама начинает на нее некрасиво кричать, словно медсестра ее чем-то обидела. Или она санитарка? Я не разбираюсь в местных рангах, но, скорее, второе. На этот крик в коридор выходит высокий седой мужчина и что-то говорит моим родителям. Я не слышу его и не слушаю – я затыкаю уши, потому что мне тяжело слушать мамины крики. Но тем не менее отчаянье все равно доходит до меня – от него не скрыться, как ни прячься. Почему-то маму уводят – санитарка увлекает ее за собой в неизвестном мне направлении. Крики не стихают, отражаясь от стен коридора. Папа садится со мной рядом и берет за руку, за которую до этого цеплялась мать – от ее ногтей у меня теперь небольшие ранки, и от прикосновения мне больно. Но я не подаю вида. Мы молча сидим, как два напуганных ребенка, и беззвучно плачем. Мамины крики доносятся до нас эхом. Звуки и изображения кажутся странными, и я чувствую себя так, словно очутилась в каком-то аквариуме. Будто я в воде, у меня заложило уши, а передо мной – толстое, мутное стекло, размывающее любые объекты в зоне видимости. К нам снова подходит седой мужчина в белом халате и спрашивает папу: – Вы готовы, мистер Лайал? Папа еще сильнее хватается за мою руку, но потом резко отпускает и поднимается на ноги. – Пойдемте. «Этого не может быть». «Этого не может быть». «Этого не может быть». – Я пойду с вами, – вдруг раздается мой голос – какой-то незнакомый, и я даже пугаюсь его. Мне хочется извиниться и объяснить, что я не хотела говорить ничего подобного. Со мной явно что-то не то. Отец переглядывается с мужчиной и тихо говорит мне: – Не нужно. Лучше иди к маме, попробуй ее успокоить. Ты нужна ей сейчас как никогда раньше. К маме – это хорошо. Я киваю и хочу двинуться в ту сторону, откуда доносятся ее рыдания. Но мой голос опять повторяет: – Я пойду с вами. Мужчина пожимает плечами и бросает безликое: – По закону она имеет право. – Я пойду с вами, – третий раз говорю я, стараясь не думать, о чем вообще прошу этих людей. Мы вереницей проходим по коридору, удаляясь от криков: первым – мужчина в халате, затем папа, цепочку замыкаю я. Едем в лифте – вроде бы вниз. Потом, не говоря ни слова, мужчина отпирает специальной картой железную дверь в узком, длинном коридоре, выкрашенном в белый цвет. Здесь плохо горит свет, или он специально приглушенный. Мы заходим в какое-то странное помещение. Здесь очень холодно – первое, что чувствую я. Поэтому необъяснимо, каким образом тут мог уснуть человек на странном сооружении, отдаленно напоминающем медицинскую каталку. А он определенно спит. Я хочу посмотреть на него, хотя это тоже странно, и делаю шаг вперед, обняв себя за плечи. Человек укутан по плечи белой тонкой белой простыней, а под ней полностью обнажен, о чем свидетельствуют голые плечи и ноги, что доступны взгляду. Как же он не мерзнет? Нужно будет потребовать принести теплое одеяло, но чуть позже. Отец все еще стоит возле двери, не в силах сделать шаг вперед, тогда на это решаюсь я и подхожу ближе. |