Онлайн книга «Звездный плащ Казановы»
|
С каким удовольствием старый Казанова описывал эту сцену: «Ужин был сервирован, и мы перешли к столу. Великолепные блюда разожгли наш аппетит, она ела за двоих, я за четверых…» А еще они говорили – много говорили и смеялись! Уж если устраивать спектакль, так по всем правилам. «“Где ты научился так болтать, да с такой кучей модных французских слов?” – спросила она. “В светском обществе Парижа, преимущественно у женщин, они такие выдумщицы”, – ответил я. После пунша мы отведали устриц, причем лакомились ими самым приятным для любовников способом: каждый брал устрицу с языка другого. Но вот часы пробили полночь и настал час главных удовольствий!..» И наконец старый Казанова фиксировал заключительные аккорды этой сцены в домике на Мурано: «После последнего подвига, завершенного нами уже при свете дня, мы были так изнурены схваткой, что моя прелестная монашка даже испугалась за меня. Шутками я успокоил ее, и вскоре она уже смеялась от всего сердца…» – Почему ты так всматриваешься в мои глаза? – спросила она. – Потому что хочу и боюсь увидеть в них изумрудно-золотой блеск. – Почему изумрудно-золотой? У меня синие глаза. – Вот именно. Этот блеск глаз принадлежит одной древней богине, которая вселяется в женщин, подобных тебе, и проживает с ними земную жизнь. – Женщин, подобных мне? – Да, живущих страстью. Но когда она уходит, получив то, что хотела, они ничего не помнят об этом. – И ты это уже видел? – И не один раз, милая. – Ты пугаешь меня, милый Джакомо. – И в мыслях не было. – И как ее имя? – Не скажу. Это тайна. Марина задумалась. – И каково это, заниматься любовью с богиней? – Бесподобно, пока ты охвачен любовью и страстью. Но только пока это происходит. – Он испытующе смотрел в ее глаза, против воли желая увидеть в них тот изумрудный свет. – А потом… приходит опустошение. – Тебе надо меньше заниматься магией, – с улыбкой сказала она. – Мне пора. – Куда, милая? – В монастырь, конечно. Отмаливать грехи. После ночи с тобой их немало. Полдня буду стоять на коленях. – Ты уже настоялась на коленях, тебе мало? – Не богохульствуй. Теперь я буду стоять перед распятием. Очень скоро она была облачена в монашеское одеяние. – Сама скромность, – усмехнулся он. – Дай мне слово немедленно лечь спать и унять все бури сердца, души и тела, – попросила она. – Даю, сестра. Тем более что бури тела вы уже уняли. Она нежно поцеловала его в губы: – Ночь была восхитительна. Обязательно извести меня перед отъездом в Венецию, милый. Уверена, у нас впереди еще много сюрпризов. – Даже не сомневаюсь в этом, – ответил он. Но пришла пора им познакомиться – Джакомо и таинственному любовнику Марины, заядлому вуайеристу и хозяину порочного особнячка на Мурано. Об этом Марина и сообщила в письме Казанове, приглашая его на ужин втроем. В означенный день и час он пришел в «дом любви», где на этот раз его поджидал сам хозяин. Смеркалось, в гостиной горели свечи, загадочный хозяин стоял у окна, глядя на уходящую в осеннюю ночь Венецию. – Разрешите, мужчины, я вас представлю друг другу, – сказала Марина. Хозяин обернулся. Ему было около сорока лет, привлекательный, доброжелательный, с насмешливым взглядом человека, которому известно многое, но не кичащегося этим. Одет он был предельно изысканно, безо всякой золотой мишуры на камзоле, которая так нравилась легкомысленному Джакомо. Но самое главное, его лицо было невероятно знакомым Казанове! И не просто знакомым, он жал этому человеку руку и даже говорил с ним. |