Книга Мертвый сезон. Мертвая река, страница 58 – Джек Кетчам

Кофе, впрочем, немного согрел его. «А в участке зимой опять будет холодно, как на северном полюсе»,– подумал Питерс. Надо будет достать со склада воздушный обогреватель и поставить у себя в кабинете – все лучше, чем ничего. Миновав вереницу столов, он вошел в застекленную со всех сторон каморку, служившую ему кабинетом. Шеринг ждал его там на пару со стариком в замызганной синей парке, насквозь провонявшим дешевым виски. Питерс сразу узнал его.

– Дамер или Доннер? – уточнил он с ходу.

– Доннер, – сказал Шеринг. – Пол Майкл Доннер. Возраст – шестьдесят два года. Рост – пять футов два дюйма. Вес – под восемьдесят кило. Род занятий – рыбак. Текущая степень опьянения – удовлетворительная.

Доннер расплылся в улыбке и закивал, явно одобряя такую характеристику.

– Мистер Доннер говорит, что он точно знает, где он их видел, Джордж, – продолжил Шеринг. – Это правда?

– Святая правда, офицер. – Старик взволнованно заморгал, или так на нем сказывался какой-то тик. – Я бы не забыл этих людей слишком быстро. Самая хреновая вещь, какую я когда-либо видел, пьяный или трезвый. И в ту ночь я тоже был довольно трезвым, хотя я не думаю, что вы мне поверите…

– Сегодня мы во многое готовы верить, мистер Доннер, – заявил Питерс. – И если мы в прошлый раз обошлись с вами не по справедливости – нам безумно жаль, верно, Сэм?

– Никто не застрахован от ошибок, – добавил Шеринг, кивая.

– Да я-то понимаю, парни, – сказал Доннер, – и именно поэтому хочу вам помочь. И давайте без фамильярностей, хорошо? Просто «Пол», без ваших этих мистеров…

– Конечно, Пол, – сказал Питерс. – Хочешь чашечку кофе?

– Ух, не откажусь.

– Сэм, приготовь Полу кофе, – распорядился шериф.

– Черный, без сахара, – добавил старый Доннер.

– Тоже диету соблюдаешь, Пол? – Питерс понимающе усмехнулся.

– Черт, нет. У меня просто нутро чувствительное. Молоко и сахар не переваривает. Черный кофе очень похож на виски, так же? Сплошь дьявол, и никаких тебе украшательств. Я свои грешки всегда любил неразбавленными – принимаю в чистом виде, как есть.

Питерс улыбнулся. Доннер казался симпатичной старой развалиной. Забавно бывает с этими алкоголиками: в полутрезвом виде – умнее иных академиков, и уж точно намного дружелюбнее. Он подозревал, что сможет хоть отчасти положиться на рассказ Доннера.

– Так где ты был той ночью, Пол?

– Как я тогда сказал, я и мой приятель немного выпили на берегу, недалеко от Дэд-Ривер. Это была хорошая ночь, летняя пора – сами знаете. Сидели мы там с товарищем, значит, отдыхали, покуда он не свалился и не захрапел. А я… ну, в общем, минут через пять прикончил я ту пинту и, знаете ведь, как оно бывает, стал подумывать, где б еще достать. Вот и решил прогуляться до… как, сынок, называется тот магазин в Дэд-Ривер?

– «Баньян».

– Ну да. Решил я до «Баньяна» швырнуться. Думал, там открыто будет. Итак, иду я по пляжу – с прикидкой, что через несколько ярдов или около того выберусь на дорогу, ведущую к старой свалке, где мы запарковали нашу колымагу… думаю, скатаюсь к этому «Баньяну», закуплюсь и сразу назад. А товарищ-то мой, может, и продрыхнет все это время, и даже не узнает, что я без него доливался. Ну, я иду довольно медленно и все такое, а потом вдруг слышу впереди – весь этот смех, хихиканье, ну, знаете, такой шум издают маленькие девочки. Я останавливаюсь, оглядываюсь вокруг и вижу, как целая стая суетится вдоль дюн впереди справа от меня. И есть в этом что-то, что мне не нравится. Я не знаю, что это такое, но есть что-то во всем этом смехе… ну, не стал бы я доверять людям, если они таксмеются, смекаете? Я так тихонько, значит, присел, подождал за камушками несколько минут – ну, думаю, пройдет вся эта шпана, и не мое дело, что у них там за веселуха. А потом смотрю – и понимаю, что они там делают.