Книга Мертвый сезон. Мертвая река, страница 38 – Джек Кетчам

Глядя, как женщина складывает в огонь дрова, он накинул на плечи красную рубаху. Теперь запах стал приятнее. Ему нравился запах гари.

Когда пришли мужчины с оружием, им пришлось надежно спрятаться. Много дней они постились. Почти умерли от голода. Мужчины возвращались каждый день в течение долгого срока. Остров перестал быть безопасным, и в конце концов они сбежали.

Поначалу жизнь на материке давалась еще тяжелее. Он вспомнил, что какое-то время они питались личинками, мотыльками, лягушками и кузнечиками. Кузнечики получились неплохими после того, как им отколупали все твердые части, крылья и ноги. Летом они ловили ящериц и змей, собирали вкусных муравьев с медовым брюшком. Найдя на реке плотину, они какое-то время били бобров. Мясо на вкус напоминало птичье. Жир зверьков служил отменной растопкой.

Жили они под самодельными навесами, а спали на подстилках из молодых побегов сосны и пихты. И при этом никогда подолгу не засиживались на одном месте.

Покуда им не попалась пещера.

Пещера находилась в каменной стене, обращенной к морю, где-то в тридцати футах ниже уровня почвы. От воды ее отделяло футов пятьдесят, и пройти к ней можно было лишь по узкой «козлиной» тропке, сбегающей с пляжа. Мужчина наткнулся на нее совершенно случайно, когда однажды искал гнезда с яйцами чаек. Практически со всех других сторон проход внутрь, по форме схожий с буквой «А», обрамляли торчащие вперед острые кромки скал. Они же надежно оберегали ее от сильных ветров. За дымоотвод сходило второе, более мелкое отверстие в скале – над головами в нескольких футах от жерла. Огонь они зажигали нечасто, опасаясь, что дым выдаст их присутствие.

Главнейшим достоинством пещеры казался ее размер. Очень просторно – и довольно сухо даже во время штормов. Основное ее помещение имело размеры примерно двадцать пять на двадцать футов, и к нему примыкало ответвление где-то вполовину меньше. В иных местах высота от пола до потолка достигала тех же двадцати пяти футов.

Они спали на шкурах или на кроватях, скрючившись у огня в очень холодную погоду, или во второй «комнате», когда температура была выше. Ответвление они использовали в основном как склад. Они рано нашли городскую свалку, и теперь пещеру украшали всякие находки – небольшой плуг со сломанной ручкой, мотыги, грабли и вилы с растопыренными или сломанными зубьями. В одном углу до середины стены доходила куча металлолома: старая сбруя, лопаты, кочерги, ведра с гвоздями и ключами, утюги, дверные ручки, оконная фурнитура, замки, кастрюли и сковородки, куски битого фарфора, кукла, ложа, колеса без ободков, монтировки, кнуты, пряжки, ремни, ножи, топоры. Они почти ничего из этого не использовали, но зачем-то собрали эту кучу и оберегали ее как зеницу ока.

За ней была еще одна куча – вся одежда, снятая ими с трупов, – тоже практически до середины стены. Они подбирали предмет из вороха, носили его, покуда он не терял всякий вид, а затем брали что-нибудь новое, рванье запихивая в самый низ. Тряпки в основании кучи заплесневели и вскоре предоставили приют ордам насекомых, плодя расползавшиеся по каменному дому полчища тараканов, клопов и слепней, быстро наглевших и жиревших на подножном корму из пещерных отбросов и свежего человеческого кала.

Была там и еще одна горка – сложенная из костей, начисто обглоданных и тускло желтевших в сырой, затхлой, удушливой атмосфере; и еще – куча шкур и инструментов для скобления и дубления. Шкуры сильно различались по форме и размеру. Но многие из них были длинными, тонкими и тускло-желтоватыми.