Онлайн книга «Мертвый сезон. Мертвая река»
|
– А знаешь что, – сказал Питерс. – Готов поспорить, они вообще не знают о том, что перешли границу. Бьюсь об заклад, им это даже в голову не взбрело. Они просто идут и идут. «Пока не сверишься с картами,– подумал он, – границы тоже кажутся текучими». Манетти кивнул. – Ну и откуда ты хочешь начать? – спросил он. На мгновение перед Питерсом вновь предстал Кудзиано – с перерезанным горлом, силящийся закричать. Манетти в чем-то был похож на него. Такой же жилистый. Питерс отогнал воспоминание. – Найдем старую пещеру. Надеюсь, они тупые – и обосновались там вновь. 11:00 Эми как раз собиралась заняться мытьем посуды для завтрака, когда услышала звук включившегося в ванной душа. Она подумала о том, сколько же времени удалось поспать мужу, и испытала уже знакомое чувство зависти. Для Дэвида не составляло проблемы подняться после шести, а то и пяти часов сна; ей требовалось не меньше восьми – иначе она потом весь день ходила сама не своя. Что после рождения Мелиссы чаще всего и случалось. Однако на третий месяц стало полегче. Режим сна, питания и активности у Мелиссы несколько упорядочился. Теперь девочка спала минимум девять-десять часов ночью и просыпалась не чаще одного-двух раз. Зато начались проблемы со сном уже у самой Эми. Она еще не перестроилась. И лишь в прошлую ночь Эми впервые за несколько недель смогла как следует выспаться. Это оказалось приятно. Но едва ли было достаточно. Дэвид же то и дело цитировал Уоррена Зивона[8]: «Отдохну, когда сдохну». Она не могла взять в толк, в кого муж такой энергичный. Уж точно не в родителей. У них типичный вечер представлял собой три-четыре ситкома, новости в одиннадцать – и на боковую. Эми сунула в посудомоечную машину последнюю тарелку и вытерла руки. Кожа вновь стала сохнуть – стоит намазаться кремом. Ногти и так сделались ни к черту, сплошь слоящиеся и легко ломавшиеся, а теперь вот еще и шкурка шелушится… Роды порядочно потрепали организм Эми, испортили гормональный фон. С одной стороны, у нее наконец стабилизировались крайне нерегулярные месячные. С другой, она теперь не могла выпить даже бокал белого вина, не рискуя исторгнуть из себя ужин – хотя водка, как ни странно, заходила нормально. Ну и сохнущие руки до кучи… Не так уж все плохо. Особенно если учесть, что итогом всех страданий и неудобств стала Мелисса. Ребенок спал, и Эми не хотелось ее будить. Хотя сейчас, когда Дэвид проснулся, ей бы не помешало пропылесосить. К двум часам ждали Клэр с Люком, и до их приезда Эми хотелось покорпеть над дизайном. Чистота дома под угрозой, что ж. «Садись за работу, –сказала она себе, – а пропылесосить сможет и Дэвид, когда закончит с завтраком. Возражать он не станет. Он никогда не возражал». Ее компьютер стоял прямо напротив массивного дубового письменного стола мужа. Сидя лицом друг к другу в те – теперь уже редкие – моменты, когда их графики совпадали, Эми с Дэвидом шутили о том, что чувствуют себя «Знаменитыми братьями Бейкерами», разве что без Мишель Пфайффер – и с поправкой на шевелюру Дэвида. Эми налила себе чашку кофе, добавила из холодильника молока, прошла к столу и села. Пальцем ноги включила компьютер, вставила в дисковод нужную дискету. Затем села обратно и принялась просматривать результаты проделанной накануне работы. |