Книга Мертвый сезон. Мертвая река, страница 10 – Джек Кетчам

По привычке откусив слишком большой кусок бургера, Питерс столкнулся с новой проблемой – как бы его прожевать. Зубов толком нет, спина болит – не человек, а развалина какая-то. Слишком большой вес нагулял, слишком много лет прожил. Пора уступать свой пост Шерингу, благо парень сам рвется. С другой стороны, пенсия – не оклад, а кроме того, он не расстался бы со своей работой, даже если бы его стали сильно упрашивать. Наверное, слишком много лет жизни ей отдал, а может, просто нравилось стоять на страже порядка; приятное дело – работать с людьми, быть среди них, время от времени протягивать им руку помощи. Думая так, он не раз ловил себя на мысли о том, что стоит на страже общества, будучи одной ногой в могиле, – но и это не казалось ему чем-то совсем безнадежным.

Сделав приличный глоток «Будвайзера», Питерс услышал, как в дальнем углу бара засуетились и зашумели парни Пинкуса. Обернувшись, он увидел, как в бар вплыла Лидия Дэвис. Позади маячила фигура Шеринга, услужливо придерживавшего дверь. По длинному и узкому лицу помощника гуляла глуповатая улыбка, однако Питерс понимал, что скрыть ее парень был просто не в силах. Что и говорить, Лидия Дэвис была штучка что надо.

– Ну что, мальчики, – проворковала она, – кто угощает?

Это было у нее вместо приветствия. Она прошла мимо Питерса, не удостоив его даже взглядом: женатый полицейский, какой с него прок? Тем не менее, когда она проплыла мимо него, он внимательно рассмотрел эти прелестные молодые груди под голубым лифчиком, и снова, как обычно случалось при взгляде на Лидию, Питерсу захотелось стать на двадцать лет моложе и немножко более холостым. А потом парни Пинкуса завлекли Лидию в тусклое лоно бара – а Шеринг приземлился на соседний с Питерсом стул.

– Ты только посмотри на нее, – пробормотал он, встряхивая головой, как намокший под дождем палевый пес.

– Каждый год она такая, – спокойно заметил Питерс. – Туристы разъезжаются по домам, и Лидия начинает задирать нос. С ней можно без календаря жить. Ну, оно-то дело ясное – кто бы на ее месте не зазнавался. При таких-то данных…

– Вот и я о том же.

– Главная достопримечательность здешней дыры, – проговорил Питерс и улыбнулся, сам в это время думая о том, что, когда он служил в армии, в каждом городе, который он видел, находились такие девушки, как Лидия Дэвис, по-настоящему чувствовавшие себя живыми лишь с какими-нибудь проходимцами-гастролерами, готовыми чуть-чуть посорить в их сторону деньгами. Они могли быть застенчивыми в жизни или даже несчастными – вопреки всей своей красоте – и очень часто вступали в крайне неудачные браки сугубо из страха состариться в одиночестве. Интересно, понимал ли что-нибудь о Лидии Дэвис этот парнишка Шеринг, никогда не выбиравшийся за пределы Дэд-Ривер? Едва ли. Нужно было уехать на какое-то время – и услышать одни и те же глупые разговоры в баре, одно и то же напыщенное поведение красующихся девиц… снова и снова, в каждом городе. Только тогда понимаешь, как это печально – что здесь, что в Портленде.

Мгновение они с Шерингом вглядывались в унылый искусственный полумрак бара, в то время как Лидия и юный Джейми Пинкус подошли к музыкальному автомату, чтобы накормить его четвертаками и нажать знакомую серию кнопок – ведь музыкальный автомат в «Карибу» почти никогда не менял репертуар. Разве что Хэнку под хмельком тот или иной трек надоест – тогда он, конечно, вытащит из погреба потрепанный саквояж с пластинками и подберет замену. Две недели назад он разозлился на шлягер Марти Роббинса, и теперь за кнопкой A41 была «застолблена» песенка Элвиса «Are You Lonesome Tonight?». Пластинка оказалась немного заезженной, хотя, с другой стороны, кроме Хэнка, ее и слушать-то было больше некому.