Книга Астрофобия, страница 161 – Влада Ольховская

– Вы не сказали, какое обезболивающее вам подойдет, – проворчала она.

– Никакое, оно не требуется.

– Требуется, вы что! Это сейчас вам, может, не больно, если повязка с эффектом обезболивающего, но когда вы ее снимете…

– Это обычная повязка, – прервал Гюрза. – Я прекрасно знаю, что меня ждет. Первый укол стимулятора сделай уже сейчас. Остальные подготовь.

– Больше трех уколов в сутки вредно, сердце может не выдержать…

– Спасибо за напоминание: подготовь набор для реанимации при сердечном приступе.

Мира просто наблюдала со стороны. Накатывало чувство, что это все не по-настоящему, не может быть по-настоящему, просто какая-то постановка… В один момент она сидит в ресторане с Рино, в другой – наблюдает, как кто-то сам восстанавливает собственное легкое. По сути, из иллюзии жизни на Земле ее снова швырнули в реальность Сектора Фобос!

Гюрза вряд ли сейчас озадачивался такими философскими вопросами, он просто действовал. Он то и дело отдавал приказы Кети, но в основном они сводились к смене настроек и поиску дополнительных инструментов. Самую сложную задачу он взял на себя.

Когда Кети убрала повязку и срезала остатки рубашки, обнаружилась глубокая рана, явно нанесенная искривленным лезвием. Снова хлынула кровь, но Гюрза будто и не заметил этого. От обезболивающего он действительно отказался, да и понятно, почему: оно могло помешать полноценной работе стимулятора, притупить остроту мыслей, позволить сознанию ускользнуть. Так что он принял верное решение, и все равно невозможное. Он даже не выдавал, насколько ему больно, он спокойно смотрел на экран, отображающий операцию, проходившую у него под кожей.

Два ребра оказались раздроблены, но на крупные осколки, такое можно восстановить, не меняя на протез. Гюрза пока не стал даже заниматься ими, просто сдвинул в сторону – и лишь в этот момент поморщился. Мира подозревала, что, если бы кто-то взялся двигать осколки ее ребер, она орала бы так, что и на Земле бы услышали.

Он же освободил легкое от крови и начал ставить биологическую заплатку на место разреза. Работа была тонкая, Кети не соврала, когда сказала, что такому нужно учиться. Однако Гюрза действовал вполне умело, он явно делал это раньше… хотя еще большой вопрос, лечил ли он кого-то – или наоборот.

В любом случае, легкое он восстановил отлично и перешел к ребрам. Тут от него требовалось совместить осколки и закрепить их искусственной костью, которая будет держать их, а потом растворится сама собой, когда нарастет настоящая. Он по-прежнему действовал безупречно, и все же догадаться, что происходит с ним на самом деле, было не так сложно. Его кожа стала не бледной даже, а серой, нездоровой, покрылась крупными каплями испарины. Глаза блестели в лихорадке, компьютерный монитор давно и настойчиво мигал красным, указывая, что температура повышена слишком сильно, сердце колотится как сумасшедшее, давление нестабильно… Но человек с такими медицинскими показателями должен был вести себя иначе, и чувство того, что все происходит не по-настоящему, лишь усиливалось.

Мира поверила, что он справится. Глядя на него, невозможно было думать иначе, он слишком идеально контролировал себя, так, как она и мечтать не могла. Но гениальный разум и безупречная сила воли все равно были заключены в человеческое тело, а тело как раз подвело.