Книга Макабр. Книга 2, страница 79 – Влада Ольховская

Но потом боль отступила, Овуор узнал про «Виа Феррату», и ему показалось, что это спасение. Его искупление…

Каждый его поступок на станции был продиктован только этим: стремлением помочь, поиском своей миссии. Овуор не был стар – но, естественно, не был и так же молод, как в начале пути. Раньше на него накатывало ощущение, что, если он не определил свою миссию до сих пор, уже и не получится. Но на станции он будто перезагрузился, он наполнился верой: здесь или нигде!

И вот он на частично разрушенном челноке, на аномальном астероиде, убивающем все живое… Здесь он и умрет. Никакого озарения не будет и миссии тоже не будет. Овуор не хотел обманывать себя, знал, что уже не выберется. Даже если он сейчас впадет в истерику и откажется покидать корабль, раны все равно добьют его, он не долетит до станции. Делать хоть что-то оказалось не так страшно, как лежать и думать, что же будет с ним, когда настанет тот самый миг умирания…

Поэтому он делал то, что и обещал. Кое-как натянул скафандр при помощи Кети. Боль мешала, но не лишала сил, она даже стала привычной, как только Овуор признал, что не избавится от нее никогда. Он думал о том, что «никогда» – очень смешное слово. Даже во Вселенной не существует настоящей бесконечности. Слово «никогда» на самом деле обозначает вполне четкий временной отрезок: от настоящего момента до смерти говорящего. Его личное «никогда» стало предельно близким.

Когда настал момент сделать шаг за черту, Овуор не медлил. Он знал, что не останется на борту, а смысла в долгих сомнениях и прощаниях не видел. Рино и Кети были его подчиненными, но не друзьями, не теми, перед кем он хотел бы исповедоваться. Он, как ни странно, даже за воспоминания о семье не держался… Нет, он вспомнил своих близких, и он был рад тому, что никто из его детей не пошел в армию, что жить они будут долго и счастливо. Но эти воспоминания он тоже легко отпустил.

Сейчас ему нужно было действовать. Никакая боль не заставила бы его забыть инструкции, полученные от Рино. Он вырвался наружу, в усыпанную звездами пустоту, на рыжевато-коричневую поверхность астероида. Овуору не раз доводилось выходить в космос, самого процесса он не боялся. Риск был лишь в том, что Сектор Фобос мгновенно атакует его, уничтожит, не даст завершить миссию… Ничего подобного. Пока что его вылазка ничем не отличалась от предыдущего опыта.

Как и большинство военных такого уровня, Овуор получил неплохое образование, он мог починить космический корабль даже без советов Бернарди. Сейчас он действовал четко: убрал кабели, способные закоротить систему, сместил блоки питания, наладил изоляцию. Движения получались тяжелыми и медленными, но такова уж плата за работу в условиях, которые никогда не предназначались для человека.

Паузу Овуор позволил себе только один раз. Он и сам не понимал, зачем, просто стало… любопытно? Не совсем правильное слово, но подобрать другое, подходящее лучше, он не мог. Он посмотрел на свои ноги, давно уже стоящие на поверхности зараженного астероида.

Все дело в том, что никакой боли он не чувствовал. Именно поэтому и появилась наивная мысль: что, если Сектор Фобос решил его пощадить? По-настоящему пощадить, вознаградить за смелость… Тогда он не только справится со своей задачей, он еще и вернется на борт, он выживет!