Онлайн книга «Макабр. Книга 2»
|
Недостаток света и пространства местные жители старались компенсировать дополнительной подсветкой, грамотной игрой цвета, увеличением вентиляционных решеток. Чуть дальше начались украшения поинтересней: искусственные цветы, имитирующие клумбы, рисунки на стенах, часто – фосфоресцирующей краской, сложные, завораживающие, напоминающие порталы в другие миры. Что угодно, лишь бы удрать отсюда… В одном из коридоров звучала музыка. Там комнатки и вовсе переделали под небольшие сцены – и танцевали, пели, устраивали театральные постановки. Древнее искусство Земли каким-то непостижимым образом прижилось там, где, казалось, укоренятся только боль и страх. Однако люди, которых Мира наблюдала перед собой, не выглядели ни напуганными, ни страдающими, смеялись они вполне искренне. Она хотела остаться в этой части станции подольше, но Лейс потянул ее куда-то в сторону. Он открывшимся перед ними зрелищем определенно не восхищался, ее спутник всю дорогу оставался мрачнее тучи… интересно, он хоть помнит, как выглядят тучи? Мира не бралась сказать, сколько ему лет и какую часть своей жизни он провел в Секторе Фобос. Может, ей и следовало бояться его – с учетом того, что он последний Мертвый на станции и может убить ее одним прикосновением. Но страха Мира почему-то не чувствовала, как не чувствовала и беспокойства за Гюрзу, оставшегося приходить в себя на периферии. Она не раздумывала о причинах, тут она предпочла довериться инстинктам. Гюрза выживет – потому что он всегда выживает. Ну а Лейс… Возможно, ему и доводилось совершать не лучшие поступки, и все равно он хороший человек. Или нет. Тогда за ошибку суждения Мире придется заплатить жизнью, но и о таком она предпочитала не думать. Лейс увел их обоих подальше от музыки и ярких огней. Здесь цветные лампочки тоже использовались – но в основном красные и белые. Комнаты общественного пользования были лишены дверей, однако занавешены плотной тканью для хоть какой-то иллюзии приватности. Уже по этому, да еще по звукам и по запахам, из-за которых Мире захотелось надеть кислородную маску, несложно было догадаться, что происходит внутри. – Серьезно? – тихо поинтересовалась она. – Тебе такого было на четвертом уровне мало? Лейс сдвинул в сторону ткань, позволяя разглядеть в полумраке нагромождение обнаженных человеческих тел. Неожиданное вторжение постороннего ни у кого не вызвало возмущения: люди находились в трансе, пневмошприцы и склянки с какой-то липкой дрянью намекали на его причину. Лейс поднял одну из банок, рассмотрел поближе, а потом отбросил в сторону с такой злостью, что даже укрепленное стекло разлетелось на осколки. – Поверить не могу, – процедил он сквозь сжатые зубы. – Во что? Что тут живут не только праведники? – Даже не в это. То, что здесь валяется… Это наше. В смысле, из четвертого уровня – одна из поделок Белого Эли. Мира не сразу поняла, о ком он говорит, а потом вспомнила другого Мертвого, стараниями Лейса превращенного в бесформенный комок плоти. – Ну, тогда с поставками у них в ближайшее время будут проблемы, – усмехнулась она. – Вряд ли – у Эли там наверняка полно учеников! – Знаешь, что? Давай не будем тут торчать! Обитатели комнатки их увидеть и запомнить не сумели бы, но в любой момент мог появиться тот, кто снабжал Лабиринт «средствами расслабления». Да и в соседних помещениях, судя по артистичным стонам, кто-то развлекался, а кто-то и работал. |