Книга Макабр. Книга 2, страница 102 – Влада Ольховская

– Доложите обстановку, Бернарди. Что за беженцы? И где разведывательная группа?

Рино отчитался – быстро, насколько это возможно. Про положение на «Слепом Прометее», ядерную катастрофу и решение вице-адмирала. Про разведывательную группу, отправившуюся на третий уровень. Только про Овуора сказать не смог… Почему-то не смог, хотя это было бесконечно глупо. Естественно, Елена Согард тут же спросила:

– Вице-адмирал сейчас с разведчиками?

– Нет, он… Он сопровождал беженцев и погиб… Мы попали в аварию – и ничего еще не закончилось!

Он не представлял, как Елена отреагировала на его сообщение, как выглядела в этот момент, что делала. Но ее голос остался невозмутимым, и не было никакой паузы, она сразу велела:

– Объясните, что случилось и как вам помочь.

– А вот это самое забавное… вам придется нас расстрелять.

Рино был уверен, что беженцы сейчас не подслушивают, но на всякий случай заблокировал дверь в кабину пилота. С другой стороны почти сразу начался стук: сперва легкий, а потом нарастающий. Пилот догадывался, что так будет: закрытая дверь смущала его и без того недовольных пассажиров, до этого им казалось, что у них все под контролем.

Ничего, переживут. В этой ситуации их придется спасать примерно как животных: не советуясь и ничего не объясняя. Конечно, проблемой могла стать Кети, которая его слова как раз слышала. Если она сейчас решит поиграть в трусливую дуру и впустит сюда беженцев, все закончится очень плохо.

Но Кети в истерику не впала, она вообще ничего не сказала, просто сжалась в кресле и смотрела на пилота широко распахнутыми от ужаса глазами. Его это вполне устраивало: лишь бы не мешала!

Предложение Рино было не случайным, он думал об этом с тех пор, как челнок поднялся с астероида. Да, им удалось избежать пожара и взрыва. Но удалось ли избежать заражения? Рино понятия не имел, продолжат ли кристаллы расползаться по металлу теперь, когда контакт с астероидом утерян. Пилот видел, что они сотворили с Овуором… Не хотел видеть, запретил себе смотреть, но перед самым взлетом не удержался, бросил взгляд на экран, передававший картинку с камеры заднего вида.

Он видел это всего секунду – и знал, что не забудет до конца своих дней. Однако прямо сейчас ему предстояло сделать так, чтобы конец дней не наступил слишком уж скоро.

– Когда мы подлетим и я разверну корабль примерно на сорок градусов, вам нужно будет ударить из лазеров по хвостовой части, – пояснил Рино. – Необходимо срезать все до второго энергетического кабеля. Но не дальше! Так что поставьте, пожалуйста, к пушке кого-нибудь с активированными мозгами.

– Как это скажется на ваших пассажирах? – Елена по-прежнему общалась с ним так, будто не происходило ничего необычного.

– Если лазер пройдет там, где я сказал, все выживут, силовых полей на это хватит. Но потерей хвоста ограничиться не удастся, нужно полностью срезать шасси и нижний слой днища… Только нижний, потому что тут, если резануть глубже, никакие силовые поля не справятся.

– Бернарди, вы понимаете, насколько сильно рискуете?

– Адмирал, я понимаю, что без риска уже не обойдется. Выбор лишь в том, чем рисковать: нами или всей станцией.

– Принято. Но даже при удачном раскладе у вас будет не более десяти минут на то, чтобы состыковаться со станцией, дольше система жизнеобеспечения с такими повреждениями не выдержит.