Книга Лунар. Книга 2, страница 105 – Влада Ольховская

Она чувствовала себя бесконечно маленькой. С ней такого раньше не случалось, Бруция была вполне довольна своей жизнью. А теперь она вдруг – почему-то вдруг, после стольких лет в космосе! – осознала, насколько ничтожен человек в масштабах Вселенной. Не песчинка даже, а крошечный элемент песчинки, почти ничто… Бруция была заметной, пока чувствовала связь с родными. Но теперь эту связь не просто забрали, а вырвали с кровью, и раны не переставали болеть – однако знала о них лишь она одна.

Все ждали, когда она наконец «образумится». То есть, тоже предаст себя – и тогда на ее стороне никого не останется. Бруция так не могла, но и что делать дальше – совершенно не знала. Она целыми днями забивалась куда-то, лежала без движения, мало ела, мало пила, просто ждала… Она не представляла, чего вообще ждет. Отчаяние накатывало все чаще, намекая, что выхода нет.

А потом в этом проклятом сонном городке, где все такие сытые и довольные, снова стало шумно. И это был не шум праздника, нет, Бруция безошибочно уловила нарастающую тревогу. По улицам начали метаться патрули здешних рыцарей, или колдунов, или кто они там, иногда с ними даже бегали ее братья… Бывшие братья. Бывает вообще бывшая семья?

Бруция не спешила ни к кому присоединяться, она по-прежнему таилась, просто прислушиваться стала внимательней. Похоже, Гюрза все-таки устроил переполох, умудрился перейти дорогу и своим, и чужим.

И вот ведь какое дело… Она ненавидела Гюрзу. По крайней мере, раньше ненавидела. Сначала – как полицейская: им было положено так к нему относиться, и Бруции было несложно. Потом – за то, что он оказался причастен к смерти Умбрении. Там уже ненависть была другая, опосредованная… Бруция скучала по сестре, и ей нужно было винить в ее смерти хоть кого-то, чтобы не пришлось обвинить саму себя.

Но теперь оказалось, что ненависть исчезла. Когда кочевнице напомнили про Гюрзу, она почувствовала не желание убить его, а… Радость? Нет, не совсем, нечемутут радоваться. Скорее, надежду и благодарность за то, что хоть кто-то остался прежним.

Понятно, что он по-прежнему злодей. Но если хорошие ее предали, а злодей не предаст, может, этого будет достаточно, чтобы хоть как-то двигаться дальше?

Плана у Бруции по-прежнему не было, потому что она никогда не была сильна в планах. Этим занимались другие, а она просто воплощала их замыслы. Если у нее отлично получается именно такое – все в выигрыше! Поэтому сейчас она робко попыталась придумать что-нибудь, потерпела неудачу и решила, что будет двигаться по городу, пока судьба сама не подскажет ей, что делать.

Могло и не сработать, но та самая судьба, видно, решила сжалиться над Бруцией – после долгих дней бессилия и отчаяния. Кочевница даже в шлеме, ограничивающем ее способности, уловила шум драки. Уж это она ни с чем не перепутает! Теперь Бруция не таилась, она поспешила туда, где наконец-то хоть что-то происходило.

И точно, патруль нашел Гюрзу. Она не представляла, как именно, может, магией какой… В любом случае, на этот раз маньяку приходилось непросто! Его окружили двадцать воинов – из местных, кочевников в этой группе не было. Пятеро уже валялись на земле, им досталось, однако остальные отступать не собирались. Они этими своими заклинаниями вовсю пользовались: на улицах пылало пламя, из земли разрастались колючие лианы, образующие естественные баррикады. Гюрза не стал слабее или медленней, он просто оказался в ситуации, когда против него обернулся весь мир.