Книга В тринадцатую дверь, страница 52 – Елена Блосфильд

Меня почему-то потянуло вниз – туда, где когда-то была вода. Возможно, я захотел просто пройтись по дну. Теперь это было возможно.

Я спустился по пологому склону. Дно было неровным. Кое-где попадались битые стеклянные бутылки, ржавые консервные банки, полиэтиленовые пакеты.

Внезапно дно под моими ногами ушло вниз, и я оказался по пояс в черной вязкой жиже. Посмотрев по сторонам, я начал двигать руками и ногами, стараясь подойти поближе к твердой земле. Но мои ноги не слушались, погружаясь все глубже и глубже в трясину, медленно забирающую меня к себе.

Я уже погрузился по грудь, но не оставил попыток спастись. Невероятным усилием поднимая ноги, я старался нащупать твердую опору. Но эти попытки были тщетны: ноги становились на такую же вязкую грязь, которая засасывала меня, свою жертву, все больше и больше.

Паника овладела мной. Бросаясь из стороны в сторону, я только помогал трясине засасывать себя. Внезапно почувствовав чье-то присутствие, я поднял голову. Недалеко стоял какой-то человек, который, увидев, что кто-то тонет, прибежал на помощь.

Человек протянул руку. Я схватился за нее и увидел, что меня держат тонкие пальцы. Это была женская рука. Пальцы крепко сжимали мою руку, вытягивая меня из трясины. Но зловещее дно озера, превратившееся в болото, не хотело отпускать меня, засасывая все больше. И, несмотря на то, что женская рука с нечеловеческой силой тянула меня к себе, я уже по горло увяз в грязи. Еще немного, и трясина закроет меня с головой, проглотит целиком, скроет в себе, не оставив и следа.

Я посмотрел вверх, решив напоследок увидеть лицо той, которая попыталась помочь мне. Но неожиданно трясина отпустила меня – я вылетел из болота и повалился на землю вниз лицом. Когда я поднял голову, передо мной была та же рука, протянутая, чтобы помочь мне встать на ноги. Только сейчас я смог увидеть и узнать ту, которая спасла меня, ту, которой я был обязан жизнью. Поднявшись на ноги, я посмотрел на спасителя, вернее спасительницу, желая поблагодарить ее. Но она заговорила первой.

– С возвращением, – сказал голос. Он принадлежал Карине…

…Я проснулся от резкого звонка в дверь. Который сейчас час? Я вскочил с дивана и посмотрел на часы, висевшие на стене. Было полвосьмого вечера. Сон одолел меня, когда я решил час назад прилечь на диване и послушать музыку. Я сначала хотел на весь день уехать за город, но передумал. Лучше мне быть дома, когда приедет мать. Иначе она начнет звонить соседям, навязываться им, рассказывать о своей жизни, жаловаться на судьбу и прочее.

Я не думал, что она приедет сразу после праздников, в середине января. Я надеялся, что она подождет хотя бы до весны. Но, вероятно, у нее действительно было в Москве важное дело, если она даже не дала мне подготовиться к ее приезду.

Еще один звонок ясно дал мне понять, что мать приехала и пошла не к соседям, а прямо ко мне. И я должен ей открыть.

Неохотно направляясь к двери, я придумал несколько причин не оставлять ее здесь, а отправить в гостиницу.

– Ты дома! Ты нас ждал! – воскликнула моя мать, когда я открыл дверь, и бросилась ко мне на шею.

Я отстранил ее и, кивнув на сопровождавших ее мужчин, спросил:

– Что так мало людей с собой взяла?

– Да, Москва – это столица. У нас в Дырске не все здесь бывали, – сказала женщина, улыбаясь.