Книга Лют, страница 117 – Дженнифер Торн

Кое-как опять усаживаю ее к себе на колени рядом с Чарли и мечу невидимые молнии на другой конец стола в очередном приступе ярости из-за того, что сегодня меня буквально бросили в безвыходном положении. Одно дело, если бы Хью сейчас дрых наверху, – тогда бы я понимала, что ответственность лежит на мне,но раз уж он тут, пускай хоть что-нибудь делает, черт его дери! Неужели он настолько пьян, что не способен хоть немного отвлечь Эмму, на худой конец, подержать ее на руках, вместо того чтобы тупо сидеть в прострации? Однако едва мой взгляд падает на Хью, как всякое намерение пообщаться с ним рассеивается. Он сверлит глазами Мэтью, смотрит на него не мигая и недобро улыбается. Змея перед броском.

Бьют каминные часы. Я знаю, который час, и все равно прислушиваюсь к каждому удару. Вот оно. Наступает последний час перед закатом.

Солнце садится быстро. Еще несколько минут назад столовую наполняло мягкое сияние летнего вечера, а теперь лучи дотягиваются лишь до южных окон и граница между светом и тьмой проходит по столу. Голова Дженни Пайк подсвечена сзади, как будто над ней сияет нимб, свет падает на руку Салли, пальцы Брайана, смятую салфетку. Хью в тени.

Он знает. Не может не знать. В складках взмокшего лба читается гнев. Одновременно со мной перемену замечает и Мэтью. Играя желваками, он вперяет взгляд в Хью, откладывает в сторону салфетку.

– Хочешь что-то сказать? – Мэтти задает свой вопрос тихо, но не настолько, чтобы я не разобрала его голос в общем гуле. Вообще-то да, – отвечает Хью чересчур громко. Так громко, что над столом вновь повисает тишина. Я думала, что услышу бессвязное бормотание, однако Хью говорит четко. Словно и не пил. – Как и всех вас, меня глубоко тронули слова моей дорогой супруги.

– Верно! Верно! – восклицает Брайан со всем энтузиазмом, несмотря на то что атмосфера в столовой сгущается до состояния остывшей каши.

Кожей ощущаю жаркие губы Мэтью на моей шее, чувствую, как врезается в затылок гравий, как вокруг нас бушует ветер. Кажется, с тех пор минуло сто лет. Хью поднимает бокал, глядит на него с прищуром.

– И все же, полагаю, ее речь не заменит речь хозяина дома, согласны? А я бы не хотел уклоняться от ответственности. – Его голос сочится желчью. Негодованием. Он встает.

Мэтью берется за подлокотники своего стула – тоже собирается встать, – затем обводит взглядом миссис Уикетт, Джо и меня и остается на месте. Мне трудно дышать. Чарли просовывает руку под мою, сжимает мое запястье.

Отец часто говорил об обязанностях, которые лягут на меня, когда я надену мантию лорда, и главная из них – суровая необходимость защитить вас, мои друзья, мои соседи, от бездны хаоса. – На губах Хью мелькает улыбка, которую сменяет мрачная серьезность, на лбу и в уголках рта прорезаются морщины. – И посему мой долг предупредить всех, что здесь, среди нас находится убийца.

У меня сжимается горло. Как смеет он швырять эти слова мне в лицо, он ведь знает, в чем обвиняла меня мать столько лет! Ты убийца, Нина.Знает, что долгие годы я в это верила.

Но я не убийца. Я не виновата, что мой отец сел за руль после семи бутылок пива и разбился в аварии на шоссе номер четыре, свернув нетуда. Я была ребенком, а не демоном, и в том, что из-за колик я не могла спать, моей вины нет. Не было моего умысла и в том, что мать измучилась, нянчась со мной, не усмотрела за Беккой, та упала в бассейн и ей понадобилась реанимация. Да, меня преследуют трагедии, однако это не значит, что я всему виной, и моему мужу, чтоб его, это известно! Он бесится из-за чего-то другого, поэтому и обратил свою речь против меня. Из-за того, что я целовалась с Мэтью. Он все знает.