Книга Мое убийство, страница 57 – Кэти Уильямс (США)

– Я не знал, как быть, – сказал мистер Пембертон. – Как вытащить ее из этого состояния.

После того, как меня вернули к жизни, после того, как меня убили и клонировали, я впитывала жизнь, которой едва не лишилась. Которой лишилась, если уж на то пошло. Получив второй шанс на жизнь, я обращала внимание на все свои ощущения, на все до единого: на треск наклейки, которую я отдирала от памперса Новы, чтобы запечатать его и выбросить; на шершавую корочку на губе у Сайласа, когда тот целовал меня в висок; на кружево утреннего света, льющегося сквозь кухонное окно; на гладкость кафеля под босыми ногами; на собственное тело, которое перемещалось по дому, обнимало всех этих людей, проживало эту жизнь – мою жизнь.

– Но она как-то выкарабкалась сама, – сказал мистер Пембертон.

– Я рада, что ваша жена это пережила, – сказала я ему.

– Да, – подтвердил он. – Пережила.

В анкете, которую клиенты заполняли перед сеансом, Селия Баум выбрала стандартные объятия. Во всех остальных вариантах она поставила прочерки. Я подключилась к Приемной и выставила настройки по умолчанию – камин и два дивана друг напротив друга.

Когда я вошла в сеанс, Селия уже сидела на самом краю дивана, всем телом развернувшись к камину, хотя тот не горел. Она была в облике из готового набора Приемной: хорошенькая брюнетка из нашей рекламы – россыпь мелких веснушек от лба до подбородка. Она сидела, склонив голову, и ковыряла обивку дивана. Я зажгла камин, Селия вздрогнула и, обернувшись, с виноватым видом отдернула руку от ткани.

– Повредить его вы вряд ли сможете, – сказала я. – Если у вас получится выковырять хотя бы ниточку, я сильно удивлюсь.

– Если у меня получится выковырять хоть пиксель, вы имели в виду? – пошутила Селия.

Голос у нее был хриплый – голос взрослой курящей женщины, а не юной девушки, облик которой она выбрала. Я заняла место на другом конце дивана.

– Люблю шутить, – нервно пояснила Селия. – Знаю, выходит ужасно. Самый убогий юмор. Но я ненавижу лимерики – если это облегчает дело. Представляете, каково это – действительнородиться в Нантакете[6]? Бедные местные жители. Наверняка, представляясь, говорят, что родом из соседнего города.

– У вас хорошее чувство юмора, – заверила я ее и внезапно поняла, что и правда так думаю.

Плечи Селии немного расслабились.

– А вы очень добры.

В этот момент я решила, что не стану манипулировать этой женщиной, не стану ее огорчать, кем бы ни был ее сын, что бы он ни сделал. Проведу ей обычный сеанс и отправлю восвояси. А Ферн пусть придумает другой план.

– В вашей анкете указано, что вы предпочитаете базовый близкий контакт? – уточнила я.

– Близкий контакт. Да. Похоже, что так.

– Простите, это внутренний сленг компании, означает продолжительные объятия. Хотите, я?.. – Я развела руки. – Попробуем?

Взгляд Селии скользнул на свободное место возле нее, и через миг она кивнула. Я подошла и села рядом. Положила руки на колени, чтобы она их видела. Ее нервозность развеяла мои собственные переживания. Она просто клиент, а я проводила эту процедуру сотни раз.

– Как вы захотите, так и поступим, – сказала я. – Можете остаться на своем месте, и я вас обниму. Или, если хотите, можете повернуться ко мне лицом. Объятие продлится до конца сеанса. Если только вы не захотите сменить положение – тогда просто скажите мне об этом. Предупредите, если захотите закончить сеанс. Так тоже можно. Хорошо?