Книга Безмолвный Крик, страница 98 – Саша Хеллмейстер

– Им всем до чёртиков не нравится, что у нас творится. Я толком никого не собирал, они всё сами…

– Мне тоже это не нравится, приятель, мне тоже, – сказал Кайл и похлопал Джейми по спине под хлопчатобумажной курткой. – Добрый вечер, господа!

– Здравствуйте, мистер Лоу.

– Добрый вечер, мистер Лоу. Как жизнь?

Здесь были Чарли Кокс, кузен Кейси, совсем ещё молодой парень, и Пол Бишоп, брат матери покойного Винни Тейлора, и его сын, Тэд Бишоп, высоченный, как колосс, и чёрный, как беззвёздная ночь. Ещё приехал дружок Джема, Карл Гастнер с бегающими воровскими глазами, а последнего – блондина в ковбойской шляпе, лениво катающего из одного угла рта в другой зубочистку, – Кайл не знал.

Пока мужчины здоровались за руки, за ними с террасы пристально наблюдала Эмили Кирстен Лоу, жена Кайла. Она не первый десяток лет была его женой, и иногда ей казалось, что она ею уже родилась, прямо такой, какой была теперь: в несимпатичном клетчатом переднике, с низким хвостом или пучком каштановых волос с проседью, с выражением лица, будто унюхала дерьмо под носом. Она стояла у двери, в тени, и вытирала передником, повязанным поверх джинсов, руки. Она очень хорошо знала, что сегодня случится что-то нехорошее, и восприняла это как неизбежность.

Накануне она снова видела высокую рогатую тень там, у вётел близ Кикапо. Тень не переступала ручья, а стояла ранним утром почти против дома и пялилась на Эмили белыми, светящимися, точно фары, глазами. Потом она шепнула Эмили прямо в голову, что было очень странно, потому что с таких расстояний никто не шепчет, – но эта тень, верно, оказалась необычной тенью. Она шепнула печальным голосом старого Сэма Лоу, что свиньи всегда голодны. Эмили это услышала, набычилась и опустила голову. Она испугалась, но знала, что Кайлу бесполезно об этом рассказывать. Он всегда считал, сколько она ни твердила о странных существах, посещающих ферму Лоу, что это её выдумки, что она шизичка, что он сдаст её в Бангор в психушку. Иногда Эмили хотела бы, чтоб сдал, главное – не падал на неё сверху своей тушей каждые четыре-пять дней и не прохаживался кулаками, если не в настроении. Но время шло, Кайл становился всё безразличнее к ней и сексу, злость и амбиции потонули в жире, и его больше манила плазма в доме и бутылка пива. Это было хорошо.

Прежде, когда Эмили была молода, тени часто бродили вокруг фермы. Сначала это пугало Эмили Лоу. Потом она к ним привыкла, как привыкаешь к скрипу половиц в прихожей, к храпу мужа, к посторонним шумам на чердаке ночью – просто убеждаешь себя, что шуршат крысы, а не призраки. Особенно помогало, что Кайлу было плевать на тени, он их не боялся и в них не верил.

Однажды на ферме три летних месяца работал индеец по имени Слепой Глаз. Он носил короткую стрижку, джинсовые рубашки, был здоровенным мускулистым быком с широкими скулами и узкими глазами и пил виски, как воду, – притом не пьянел! Работник из него был ленивый, но он делал своё дело, к тому же не пытался смыться с фермы. Получив свои деньги и собрав в старую спортивную сумку вещи, подошёл к Кайлу, ухмыльнулся ему в лицо и посоветовал повесить на террасе несколько ловцов снов и ещё каких-нибудь индейских побрякушек, если тот не хочет, чтоб их с женой перерезали, как свиней. Он уже забрал свои кровные, потому мог говорить, что хотел. Кайл вспылил, послал его к чёрту, обозвал пьяным краснорожим дьяволом и долго ругался. Но, надо сказать, Глаз знал больше, чем остальные, потому что прочие работники бесследно исчезали с фермы спустя неделю или полторы. Кто их знает, может, давали дёру, когда понимали, сколько тут надо вкалывать, а может, напившись, добредали до Себойса, хотели искупаться и не справлялись с течением – поток там мощный, хотя сначала, если не идти до моста, река кажется тихой. Глаз проработал три месяца, а это был срок, и Кайл решил всё же прислушаться к нему – почему, Эмили толком не знала, муж её был упрям, словно бык. Но, поругавшись, повесил вокруг дома ловцы.