Книга Безмолвный Крик, страница 165 – Саша Хеллмейстер

Он болезненно застонал, привалившись на бок, на мох, еловые иглы и сухую землю. Ночь была тёмной и пустой, как глаза покойника. Рубашка из бежевой быстро стала красной, как половина американского флага в День Благодарения. Тогда я поняла, что оставаться здесь нельзя.

– Ты прав.

– Да, – слабо сказал он, и меня ободрил его голос. – Вон они, ог… огни от костра. Если поторопиться, это всего пять или семь минут ходу.

– Хорошо.

Он слабо улыбнулся. Между зубов всё было красным. Глаза казались жуткими и матовыми, в них почти погас живой блеск.

На прощание я сжала его запястье и вскочила. А потом, не оборачиваясь, побежала, потому что, если поторопиться, это всего лишь пять или семь минут ходу. Крик выпотрошит Крейна и за минуту.

Лес перед глазами был чёрен, и я плохо понимала, куда бегу, но каким-то чудом всё же мчалась по нужной тропе. Иногда костёр исчезал за деревьями, и у меня замирало сердце: вдруг заблужусь? Но наконец вдали показались крыши домиков. Я набрала воздуха в грудь и крикнула так громко, как могла:

– Помогите!

Там громко играла музыка. Вряд ли меня услышали. Я решила срезать между деревьев, сойдя с тропы, и сбежала по маленькому овражку вниз, петляя по толстому ковру из мха. Внезапно из-за ближайшего широкого дерева навстречу мне кто-то вышел.

– Лесли?

– О господи! – Я не с первых секунд поняла, что это был Стив. Лицо у него имело отстранённое, спокойное выражение. Он смотрел на меня со странной досадой, но разве это имело значение в тот момент?

– Стив, ради бога, мне нужна помощь. На нас напали в лесу.

– На кого «вас»? – нахмурился он. – В чём дело и кто напал?

– Там… – Я указала рукой себе за спину и осеклась, холодея. Стив не отрывал от меня взгляда и вытирал руки куском полотняной ткани. Он не выглядел обеспокоенным. Напротив, с поразительным хладнокровием склонил набок голову и спросил:

– Кто ранен, Лесли? О ком ты говоришь?

Я опустила взгляд на ткань и вздрогнула. Там, на ней, в складках, было что-то красное, и мне не нужно было смотреть дважды, чтобы понять. Это кровь. И я не знала, чья точно.

И тогда побежала от Стива прочь, к костру, к людям, к спасению. Он остался позади, удивлённо позвал меня по имени, кажется, дважды, но я не остановилась. Я должна была успеть.

И надеялась, что звать на помощь ещё не поздно.

Слёзы высохли, плакать было невозможно. Я крепко стиснула руку Вика в своей и поджала дрожащие губы. Пальцы скользнули между его. Мы скрепили руки. Он слабо открыл глаза и улыбнулся.

– Привет.

– Привет.

Он лежал уже не на земле в лесу, а в лагере, на носилках. Мисс Робертс вызвала девять-один-один, и её голос во время телефонного звонка ни разу не дрогнул, хотя она была белее мела. Даже белее Вика. Видеть его таким бледным и восковым было непривычно. Я присела у его носилок и просто держала за руку, беспокойно глядя в глаза.

– Ты меня звала, – шепнул он, с трудом сглотнув. В уголках губ всё ещё запеклась кровь. – Там, в лесу.

Я покачала головой. Потом погладила его по волосам.

– Тебе почудилось, – шепнула в ответ.

Мисс Бишоп хлопотала с медперсоналом. Вика уже погрузили в карету скорой помощи. Действовали быстро и слаженно, без суеты, и теперь готовились в дорогу. У меня оставалась минута, не больше. Я хотела провести эту бесконечно долгую минуту с ним.