Онлайн книга «2075 год. Когда красота стала преступлением»
|
Все собравшиеся разом зашумели, застучали ногами и начали выкрикивать «Алекса, браво!» и «Позор Лене!». Это продолжалось в течение нескольких минут. Алекса только что совершила триумфальное возвращение, и лица Тайрика, Даксона и Райвена, стоявших за кулисами, светились от гордости за нее. Она подбежала к Даксону и вне себя от счастья бросилась в его объятия, чувствуя, что скинула с души огромный груз. – Ты был прав, Даксон. Действие побеждает страх и сомнения! Тайрик тоже сиял, когда хвалил ее: – Молодец, девочка моя, просто великолепно! Твои слова были так ясны, так точны, так правильно произнесены! И надо же, я даже не подозревал, что ты собрала свидетельства студентов, которые тебя оправдывают. Алекса усмехнулась с озорным видом: – Вы сказали, что хотите увидеть злую девчонку, так вот вам! – Она вытащила листок бумаги, который не так давно протягивала зрителям, развернула его и продемонстрировала своим спутникам, продолжая улыбаться. – Надо же, здесь всего лишь ключевые пункты, которые вы записали для меня… Все четверо с облегчением рассмеялись. Между ними возникло то чувство общности, какое бывает у заговорщиков. Сегодня они выступили единым фронтом и были готовы, если понадобится, идти вместе против всего мира. * * * Активность оппозиции вновь возросла. Люди потребовали, чтобы операции на молодых девушках были немедленно прекращены. При этом они отказывались от новой терминологии, когда операции назывались «терапией», и настаивали на отмене закона, каравшего за «распространение пропаганды против равенства». Правительство начало терять контроль над ситуацией и пошло на уступки – объявило, что исполнение закона будет приостановлено и в течение некоторого времени «визуальная оптимизационная терапия» проводиться не будет. Однако этим оппозиция не удовлетворилась, а призвала президента уйти в отставку. * * * Зейн, которому в обстановке паники и хаоса, воцарившихся после террористической атаки на клуб First, удалось скрыться, был наконец задержан – спустя два дня напряженных поисков. Он прятался на заброшенном складе в Бронксе, пил дождевую воду и ел собачий корм, который украл у бездомного, собиравшего еду для своего четвероногого компаньона. Откуда было Зейну знать, что на самом деле этот бездомный был неприметным осведомителем тайной полиции и что он незамедлительно сообщил о появлении Зейна знакомому детективу, темноволосому мужчине лет сорока по имени Римус Сэллинджер. Согласно должностным инструкциям, Сэллинджер обязан был связаться с оперативной группой Департамента полиции Нью-Йорка. Вместо этого он взял дело в свои руки и в одиночку пробрался на склад, не забыв снять свой пистолет с предохранителя. Он обнаружил Зейна спящим, рядом с ним лежала пустая банка из-под собачьего корма. Наручники защелкнулись еще до того, как Зейн окончательно проснулся. Его допрашивали не в полицейском участке, а в специальном подразделении тайной полиции, которое возглавлял Сантьяго Лопес. Здесь работали сторонники жесткой линии, которые в свое время выступали за то, чтобы передать адрес Алексы экстремистам Движения, – это решение Гленн, глава спецслужбы, отказался поддержать официально. Когда Лопес обратился к нему за санкцией, Гленн сказал: «Я не хочу ничего об этом слышать, но что-то должно быть сделано». |