Книга Живая картина, страница 52 – Марина Север

У них еще действовали визы в Великобританию. Карина приобрела для них билеты на сегодняшний вечер. Самолет должен был вылететь в Лондон в 23:00. Она попросила Сергея отвезти двух старичков в аэропорт. Сидя за столом, она, слушая вполуха собеседников, наблюдала за садовником из окна.

Он поливал цветы и мило улыбался Эльвире Тагировне, которая сидела неподалеку на лавочке. Девушка все еще сомневалась в невиновности Сергея. Все говорило об обратном. Именно он всегда оказывался рядом с трупами во время несчастных случаев. Он всегда знал, что картину уносят, и знал куда. У него были ключи от подсобки.

Внимание Карины привлек Пётр Глебович. Мужчина ехал на своей коляске. Из его рук что-то упало, и он потянулся за этим предметом, пытаясь поднять его с асфальта. «Странный какой. Он же может ходить. Карина видела, как он утром занимался спортом со всеми отдыхающими, а сейчас, сидя в коляске, пытается достать уронивший предмет».

Эльвира Тагировна поднялась с лавочки и подала ему платок, который уронил мужчина. Тот поблагодарил старушку и поехал дальше по аллее. На секунду он притормозил и резко повернувшись, посмотрел на пансионат. Подняв руку, он помахал и улыбнулся. Карина чуть не открыла рот от удивления. Как он может ее видеть на таком расстоянии? Или он махал не ей?

– КаринаАндреевна, вы меня слушаете?

Девушка, которая была увлечена происходящим на улице, не сразу расслышала, как ее позвала Татьяна Ивановна. Она посмотрела на женщину отрешенным взглядом, потом взяла себя в руки и ответила:

– Да, да. Извините меня. Просто Пётр Глебович такой странный. Не хочет вставать с инвалидной коляски, хотя я видела пару раз утром, как он стоял на коврике и делал зарядку со всеми присутствующими.

Татьяна Ивановна удивленно посмотрела на девушку, потом перевела взгляд на Михаила Тимофеевича.

– Деточка, вы что-то путаете. Пётр Глебович не может вставать с коляски. Он не чувствует ног. Да, мужчина приходил на занятия с Сергеем, но он всё время оставался в инвалидной коляске. Ну, скажите же, Михаил Тимофеевич!

Она повернулась к старичку, который внимательно слушал их обеих.

– Я поддерживаю Татьяну Ивановну. Пётр Глебович за все время пребывания в пансионате не вставал с инвалидной коляски. Я как-то обменялся с ним парой фраз, но он не очень общительный. Всё время молчит, как будто не умеет разговаривать или просто не хочет. Но ходить он не может. Еще во время службы по неосторожности он подорвался на снаряде, и осколок, попавший в спину, задел нерв, парализовав его нижние конечности. Теперь он вынужден передвигаться в коляске.

Карина была в недоумении. Она точно помнила, что видела мужчину стоящим возле инвалидного кресла. Или ей показалось? Она в последнее время уже не понимает, где реальность, а где иллюзия.

Девушка не стала спорить, полностью погрузившись в разговор с Татьяной Ивановной и Михаилом Тимофеевичем. Их нужно было отправить как можно быстрее за границу, чтобы они, вернувшись, помогли ей и со странным наследством, которое так неожиданно свалилось на голову, и с картиной, которая возвращается на место. Хотя во втором случае она всё же подозревала Сергея. Только вот зачем ему это надо? Хочет ее попугать?

Решили, что как только историки найдут в Лондоне всё, что знают об этом поместье и картине, они сразу же вернутся обратно.