Книга Разоблаченный рыцарь, страница 51 – Милена Янг

— Они что-то означают? — сорвалось с губ Агнес.

Стаймест неопределенно пожал плечами.

— Я ассоциирую их с собой и отцом. Мы две ипостаси.

— Ты же ненавидишь его.

— Как и себя, — отметил холодно Марк и кивнул на изображение паутины на своем предплечье, ближе к локтю, и красный уродливый череп на плече. — Череп означает истину, влекущую за собой разрушение и смерть. Паутина — борьба с зависимостью.

Девушка согнула его руку, рассматривая рисунок.

— Почему посередине паутины буква R?

— Потому что Рэт.

Агнес тепло улыбнулась.

— Он был тем, кто меня спас.

И продолжает спасать каждый день.Из озера. Из мрака. Из темноты.

— Некоторые рисунки не имеют смысла. — Марк указал на хаотичные узоры на руках. — Я просто сделал их, чтобы скрыть остальные шрамы.

— Их много, — заметила тихо Уокер.

— Не то чтобы я жаловался… — отозвался Марк. — Глядя на них, я помню, через чтомне пришлось пройти.

Парень видел в ее глазах понимание, и это подталкивало его раскрыться еще больше.

— Дракон. — Агнес протянула руку, коснулась пасти мифического зверя на груди Стайместа и скользнула по плечу. Марк повернулся к ней спиной, демонстрируя продолжение татуировки. Черные раскрытые крылья, как у падшего ангела, в области лопаток.

— Моя новая семья. Сделав ее два года назад, я увековечил на коже начало важного этапа моей жизни.

Он неосознанно затаил дыхание, когда ее пальцы коснулись контуров рисунка, обводя их с такой нежностью, что щемило сердце.

Агнес видела строки из «Маленького принца». Оставались и какие-то обрывочные фразы на нижней части спины, но Марк никак не прокомментировал их. Границы. Она уважала их.

Стаймест сел боком.

— Последнее, что я набил, — птица. — Он повернул голову в сторону, демонстрируя нательную живопись слева на шее и точно такой же причудливый рисунок на тыльной стороне левой кисти. — Это свобода. Я набил ее через год после его смерти. Столько мне потребовалось, чтобы избавиться от оков прошлого.

Агнес сделала вдох, только сейчас осознав, что едва дышала все то время, что он говорил. Эти рисунки…

Они не только украшали тело парня, они и рассказывали его историю.

Уокер была благодарнаоткровению Марка. Она видела, что ему было тяжело рассказывать. Но тем не менее он это сделал. Ради нее.

Что касалось оставшихся строк… Агнес оставалось только надеяться, что однажды Стаймест сможет переступить через… что бы там его не держало, и открыть ей правду.

— А это что? — прыснула со смеха девушка, коснувшись ярко-розового сердечка, набитого у тазовой косточки. Оно было абсолютно нелепым, не вписывающимся в общую мрачную и тщательно продуманную тематику.

Марк поморщился.

— Проделки Рэта.

Агнес взмолилась через смех:

— Расскажи!

— Мы набили эту дрянь с Рэтом на пару, когда перепили, будучи подростками… — объяснил смущенно он.

Агнес прильнула к груди Марка, обняла его за шею, потерлась кончиком носа об его нос. В уже привычной манере. Тихо захихикала.

— А у него где татуировка?

— На заднице, — признался парень.

— Шутишь?

— Если бы… — ухмыльнулся Марк.

— А ты откуда знаешь? — с подозрением прищурилась она.

— К сожалению, видел…

— Стоп, пожалуй, дальше не стоит, — залилась краской девушка, спрятав лицо у на шее Стайместа.

Марк рассмеялся.

— Моя маленькая. — Он посадил ее к себе на колени, опустив подбородок на макушку.