Книга Порочный рыцарь, страница 15 – Милена Янг

— Настроения оставаться сегодня после полуночи нет. День выдался охренеть каким тяжелым.

— Я думала, ты подождешь меня, и мы поедем ко мне…

— Детка, у меня нет настроя сейчас. Но завтра мы с тобой обязательно наверстаем упущенное у меня в постели, — многообещающе прошептал он подруге на ухо, прежде чем выйти из бара.

Марк завел свою машину, собираясь ехать домой, но его задержал входящий вызов.

— Мы его нашли.

— Сделали то, что я просил? — Довольная улыбка заиграла на его губах.

— Конечно, Стаймест.

— Прекрасно. — Он отключил вызов.

Справедливость восстановлена. Никто и никогда не сможет помешать ему довести начатое до конца.

Марк открыл бардачок машины, отточенным движением извлек черную пачку «Джарум Блэк» и достал оттуда одну сигарету.

Поднес оранжевый язык пламени к хрустящей бумаге — она податливо воспламенилась. Он посмотрел на нее заледеневшим до мозга костей взглядом. Сжал сильнее кретек. Пока не касаясь ртом. Только жадно вдыхая этот яд. Такой терпкий, невыносимо пряный, травяной аромат. Наконец прикурил, удобно и просто располагая сигарету между полусогнутыми пальцами, поднося их к губам. Вслушиваясь в завораживающий звук потрескивания. Глотнул дым, что дерет горло. Затяжка. Другая. Запрокинул голову, освобождаясь от мыслей. Ничего нет внутри. Пустота. Такая зияющая, такая рваная дыра.

Затянулся сильнее. Расправляя сожженные, сжатые легкие, толкая диафрагму, вдыхая яд как в первый раз: тяжело, горько, туманно. Кислорода за никотином не хватало.

Он приоткрыл окно. Выдохнул. Сделал новую затяжку. Долго, медленно, со вкусом, смакуя то, как остается гарь на небе, гортани. Этот чудовищный, но истинный вкус табака.

Ему не нравилось курить, но нравилось ощущать редкое спокойствие в тот момент, когда он выдыхал густые облака дыма. Казалось, что яд вбирал в себя всю грязь его души. Хотелось потеряться в этом обмане, отпустить тревоги.

Время не лечит. Нисколько. Это всего лишь очередная ложь, самообман, и он убедился в этом сам.

Парень завел мотор и двинулся. Он ехал медленно, погрузившись в свои тяжелые мысли и время от времени выдыхая клубы дыма в приоткрытое окно. На город опустились сумерки. Тишину прерывали лишь монотонный гул мотора и шум его тяжелого дыхания.

Вкус ментоловых сигарет обжигал его рот, легкие спирало от недостатка воздуха.

«Лили бы меня просто убила, если бы узнала, что я снова курю», — пронеслась горькая мысль, и парень снова сделал глубокий, жадный глоток сизого дыма.

— Хватит уже дымить. — Девушка поморщила нос, отгоняя ладошкой дым от сигарет.

— Тогда просто отойди, — не удержался Марк, продолжая курить.

— Значит, сигареты для тебя важнее меня?

— Маленькая манипуляторша, иди ко мне.

Воспоминания сменялись одно другим. Память безжалостно воскрешала пережитое.

Звонкий и такой заразительный смех, светлые длинные волосы, как у ангела, в которых смешно путались его пальцы, и кроткий взгляд янтарных глаз. Вот с чем онавсегда ассоциировалась у Марка.

— Ты меня спасла, Лили. — Парень вытащил из кармана помятую фотографию, трепетно рассматривая ее. Он часто так делал. Вспоминал ее. — Я не должен был позволять уйти и тебе. Никогда не прощу себе этого, слышишь? Я знаю, что слышишь, — кивнул он сам себе, потушив сигарету, и бросил окурок в окно.

— Ты все видишь, любимая. С небес, не так ли? Ты точно попала на небеса, мой ангел. Защищаешь меня, хотя я этого не заслуживаю. И тебя не заслуживал. Лучше бы не встречались, — он сжал зубы, закрывая глаза.