Онлайн книга «Бессердечный рыцарь. Книга 2»
|
Он поднял мачете. – Нам с папой надо прогуляться к озеру, Эвелин, – раздался спокойный голос матери. – Эви, беги! Прячься! Отрывки прошлого замаячили перед глазами, пока она начала бежать, что есть духу. – Вернись в дом! Спрячься в чулане! – Папа любит плавать, – голос Алисии звучал в ее ушах, как похоронный набат. – Мы просто поплаваем. Озеро. Арендованный домик. Трясущийся, заплаканный, закрывающий уши руками ребенок. Эви словно со стороны видела бледную рыжеволосую девочку. Которая отчаянно бежала, пока саму трясло от ужаса. Оказавшись внутри, она схватилась за голову. Крепко зажмурившись, шептала: папа, папа, папа, папа… Ноги Эви горели, словно в огне, но она не переставала убегать от Дамиана. Жажда крови в мертвых глазах матери. Напуганный, затравленный взгляд отца. И ее ледяные пальцы, которые впивались в кожу голову. Это все сон, просто сон, неправда… Мама не убивает папу. А она не прячется, молясь, чтобы ее не прикончили следом… Конечно, папа жив. Все происходящее – глупый кошмар. Эви ощутила желчь во рту. Реальность смешалась с мерзкими воспоминаниями, которые она жаждала навечно вытравить из своего разума. Дамиан безжалостно воскресил ее страхи. – БЕГИ. Беги, Эви. Убегай, убегай, дочка… Воздуха катастрофически не хватало. Она упала на землю, хватаясь за горло. Перед глазами потемнело. Крики ругающихся родителей заполнили ее голову. Их голоса. Громкие, но слов все равно не разобрать. Один сплошной шум. От которого в висках взорвалась ослепляющая боль. Пыльный чулан. У нее сразу забился нос. Слезы застилали глаза. Спать… ей нужно было спать… Она упала на холодный пол, теряя сознание. Черный цвет поглотил все. «Пожалуйста, папа, вернись. Прошу, вернись за мной, папочка…» Лязг лезвия заставил ее поднять голову. Дамиан впитывал разрушенный образ. Глядел на нее сквозь прорези в маске, не упуская ни малейшей черты. Залитое слезами лицо. Полный крах. Ее голубые глаза были похожи на убитые цветы. Испепеленные. Выжженные в жерле вулкана. Лицо бледное. Едва живое. Как у мертвеца. Он замечал то же самое проклятое выражение, когда Эви брала всякий раз в руки острый предмет. Это происходило непроизвольно. Почти мимолетно. Никто другой, кроме него, не видел, не распознавал это ощущение саморазрушения. Вот она, как всегда, берет разделочный нож, чтобы нарезать морковь, а в другую минуту ее глаза теряют блеск, Эви смотрит на лезвие так, словно… Желает обхватить его пальцами. Сжать голой кожей. Она так бы и поступила – если бы он не вмешался. – Огонек. Мужчина не стал говорить, что заметил этот порыв. Боялся спугнуть или спровоцировать на худшее. Эви тогда вздрогнула всем телом, виновато улыбнувшись. – Что? Я собираюсь приготовить рагу. – Давай я помогу тебе, люблю готовить, – нежно отозвался Дамиан, забирая у нее нож. – Поставь кипеть воду. – Хорошо. Ладно, – она тут же возвела стены между ними, ее голос звучал спокойно, без капли напряжения. Будто минуту назад не она желала причинить себе боль. – Малыш, у тебя все в порядке? – осторожно поинтересовался Йохансен, подавая ей нарезанные овощи. Эви нахмурилась, забирая миску из его рук. – Конечно. Почему ты спрашиваешь? Он мягко приобнял ее за плечи. – Ты выглядела напряженной, когда я зашел на кухню. – Просто задумалась, – она сжала зубы. – Мне уже нельзя побыть одной? Ты не можешь контролировать абсолютно все. |