Книга Бессердечный рыцарь. Книга 2, страница 167 – Милена Янг

– Поцелуй меня, Огонек. Пожалуйста, – вкрадчиво попросил он.

Как бы она ни отрицала, как бы ни старалась выбросить из головы, будто это нечто незначимое, нестоящее… Перед глазами Эви вновь и вновь проносилась отвратительная сцена. Она хотела, чтобы этой ночью они навсегда стерли ту уродливую картину.

Чужих губ, которые прижались к его губам, вкушая,пробуя на вкус.

Это приводило в бешенство и сейчас. Потому что Эви только теперь осознала, что последние губы, которые он ощущал на своих, принадлежали другой.

Той, которая безнадежно было влюблена в него. С кем он разделил несколько мгновений понимания, там, со злополучной сигаретой, которой поделился с ней. Нуждаясь в человеческой близости.

Конечно, Дамиан понял, ощущал, где блуждают сейчас ее мысли. В неправильном месте.

Ее тело, нависающее над ним, дрогнуло. Неуверенность, боль и сомнения мелькнули в глазах девушки.

«Я хочу, чтобы мы все забыли. Хочу, чтобы остались только ты и я, Дами. Точно так же, как я помогла тебе забыть пожар, заставь и ты меня позабыть тот мерзкий поцелуй. Помоги мне».

Опустошение, нужда, смешанная в обломках тел, его губы, спускающиеся вниз, к шее. Оставляющие влажные, горячие поцелуи. Заставляющие все внутри воспламениться. Плавиться.

Жаждущий рот. Прикоснулся к подбородку, к уголку рта, ближе…

– Поцелуй меня, прошу… – сорвалось с его уст на выдохе.

Самоконтроль разлетелся вдребезги.

Эви прижалась к его губам своими, обхватив лицо мужчины руками. Глотая сдавленные стоны, сплетаясь с ним языком, клеймя своим. Дамиан жадно ответил, обводя шарик пирсинга в ее языке протяжно вылизывая. Забирая дыхание опустошающим душу поцелуем.

Она не могла им насытиться. Целуя вновь и вновь.

Вдыхая сводящий с ума аромат хвои и одеколона Дамиана.

Ощущая его вкус. Мяты и карамели.

Жар мощного тела, на котором она лежала.

Хотелось большего. Отдаться ему.

…Эви прервала поцелуй, несдержанно прикусив его нижнюю губу напоследок.

Во рту взорвался вкус железа, но Дамиан лишь грязно ухмыльнулся, слизнув соленую кровь.

– Люблю грубо.

Щеки девушки слегка раскраснелись, она впитывала соблазнительную картину перед собой.

Он, с растрепанными темно-каштановыми волосами. Припухшими окровавленными губами, распутной улыбкой. Зелеными глазами, которые потемнели, пожирая ее целиком.

Эви провела рукой по его шее, слегка царапая, спустилась по мощной груди, соблазнительно обтянутой водолазкой, ниже…

Задирая ткань вверх, открывая смуглую кожу его торса.

Он затаил дыхание в предвкушении.

Пухлые губы коснулись мышц живота, неторопливо выцеловывая каждую татуировку.

Дамиан запрокинул голову, тяжело дыша.

Проклятье.

Она определенно испытывала его терпение.

– Огонек…

– Что, муж? –промурлыкала девушка, продолжая сладкую пытку.

Очерчивая языком каждый потрясающий дюйм его кожи, скользя вниз, к ширинке. Оставляя влажные, теплые следы. Заставляющие его терять рассудок.

Дамиан приподнялся, мазнув губами по ее щеке.

– Пожалуйста, детка… – пробормотал, прокладывая дорожку поцелуев по линии челюсти, – Я был… – слегка прикусил кожу. – Таким… – добираясь до самых губ. – Хорошим мальчиком, – его слова вызвали тянущую боль внизу живота.

Этот низкий, полный искушения и одновременно – безусловной принадлежности голос…

– Нет, не был.

Она провела пальцами вдоль ремня на брюках Дамиана.