Книга Бессердечный рыцарь. Книга 2, страница 159 – Милена Янг

***

Рабочий день закончился, но пришлось задержаться, чтобы успеть довести дела до конца.

Время было уже за восемь вечера, когда в кабинет Дамиана постучались.

Он встрепенулся, надеясь, что это Эви.

Но разочарованно выдохнул, заметив на пороге Лейлу.

Они не виделись после той ночи, когда девушка оказала ему поддержку. До того случая их диалоги всегда ограничивались рабочими вопросами. Это был единственный раз, когда Дамиан допустил небольшую неформальность в общении.

Сейчас, когда она смотрела на него с непонятной надеждой, беспокойством и чем-то еще, чему он отказывался давать обозначение, Йохансен ощущал себя не в своей тарелке.

Ему было некомфортно, потому что Лейла чего-то от него ждала.

Чего-то, что принадлежало навечно другому человеку.

Эви.

Он весь – был ее.

От мыслей до кончиков пальцев.

И потому Дамиану было неприятно даже от ее взгляда.

– Дамиан, как твоя рука? – Лейла подошла к нему, обхватывая запястье мужчины. Словно это было чем-то нормальным, обычным.

Он нахмурился, когда девушка слегка покраснела.

«Боже. Совсем как в Данверсе, когда ко мне липли другие. Я уважаю женщин и их права, но мне не нравится, когда переходят мои личные границы».

Дамиан немедленно вырвал руку. Брезгливо вытер ее об штаны. Даже такое прикосновение ему было отвратительно. Хотелось срочно помыть руки с мылом.

– У меня есть жена, которая заботится обо всех моих ранах, – ответил мужчина строго. – И не нужно меня касаться. Я ненавижу, когда меня трогают женщины, кромемоей жены.

– Мне плевать на твою жену. Я переживаю.

Дамиан сунул руки в карманы, мрачнея. Его глаза заледенели, взгляд ожесточился. Внутренне он вскипел он грубости в сторону Эви. Пришлось напомнить себе, что нельзя взять девушку за шкирку и выбросить из кабинета. Или из окна.

– Что дало тебе основания считать, будто ты имеешь право испытывать ко мне такие чувства? Что можешь переживать, волноваться, словно мы с тобой лучшие друзья? – Дамиан не грубил, но достаточно твердо отстаивал свою позицию.

«Да похер мне, если она обидится. Будто чувства Лейлы меня волнуют. Только Эви имеет значение. Такой уж я мерзавец – весь мой мир – это Огонек».

Жена была выше всего для него, и Дамиан был готов поклоняться земле, по которой она, блядь, ходила. Что говорить о том, чтобы одернуть девицу, которая считала, что имеет на него права.

Нет, спасибо.

За те пять лет разлуки с Эви Дамиан таких встречал не одну. И каждый раз надеялся, что сможет остановить их порывы, не будучи жестоким. Не получалось. Люди просто не понимали по-другому.

– Но, Дамиан…

– Мистер Йохансен, – исправил он сквозь зубы.

«Как легко люди путают уважение с симпатией. Впрочем, самое главное я уже получил – ценную информацию о Говарде Стерлинге. Думал, получится придерживаться нормальных отношений, но раз она не видит разницы между коллегой и мужчиной, нужно подвести черту. Двусмысленность мне ни к чему».

– Для мужчины, который мне улыбался той ночью – такие формальности ни к чему, – блондинка усмехнулась, провоцируя. – И дал, к слову, прикурить прямо от своей сигареты. Я думала, это значит, что мы, по крайней мере, можем называть друг друга по имени.

– Ты помогла мне – я поблагодарил. О большем и речи не может идти.

– Я… – Лейла шагнула ближе, встав перед мужчиной, глядя ему прямо в глаза. – Люблю тебя.