Книга Бессердечный рыцарь. Книга 1, страница 139 – Милена Янг

Ей стало неловко, когда вспомнились именно эти его слова, сказанные на вечеринке Терезе.

– Огонек, я мир готов положить к твоим ногам, а ты говоришь про какой-нибудь там мотоцикл.

«Какой-нибудь?! Ага, подумаешь, полсотни тысяч долларов…» – подумала саркастично Эви.

– Это просто символичный презент, чтобы поднять тебе настроение, – продолжил Дамиан и, обхватив лицо девушки руками, легонько поцеловал в губы. – В прошлом я говорил много неприятных и лживых вещей в твой адрес. Я извиняюсь. Но, пожалуйста, прими мой подарок. Неужели тебе совсем не нравится?

– Конечно, нравится, но…

– Это все, что имеет значение. И к этой теме мы больше никогда не вернемся, – парень развернул ее к мотоциклу. – Лучше присмотрись к нему.

– Невыносимый, – рассмеялась она, ловко забираясь на свой байк. Он ощущался восхитительно. Словно созданный специально под нее. С зеленым блестящим корпусом – похожий был у самого Дамиана.

«Как романтично – парные мотоциклы».

– Подержи Абрикоса.

Эви завела байк – тот откликнулся рычанием – и с огромным удовольствием прокатилась по пустой площадке.

Дамиан наблюдал за ней с гордостью.

«Каждый раз, когда вижу ее улыбку, ощущаю себя самым везучим парнем на этом свете».

Припарковав своего нового любимца, Эви спрыгнула и бросилась на шею Дамиану.

– Большое спасибо за такой чудесный подарок. Мне правда очень приятно, малыш.

– Будем устраивать гонки, – усмехнулся многообещающе он и приподнял недовольно пискнувшего от их обмена любовью котенка. – Возвращайся в больницу. Я оставлю этого кроху у Стива и вернусь к тебе.

***

После бесконечных недель, проведенных в больнице, Эви была счастлива вернуться домой.

Это было трудное время, но она смогла выкарабкаться. Сахар пришел в относительное равновесие, эндокринолог скорректировал лечение, и ее (наконец-то!) выписали.

Эви лежала на кровати, счастливо улыбаясь.

Теперь у нее часто было хорошее настроение. Плохие дни остались позади. Даже дом казался более… приветливым. А может, она просто научилась ценить то, что у нее было.

Мурчащий рыжий комочек уютно расположился рядом.

– Абрикос, – девушка ласково погладила его по короткой шерстке на спине.

– Огонек? – послышался стук в дверь.

Девушка приподнялась на локтях:

– Входи.

– Приготовил тебе лазанью. Поешь, хорошо? – Дамиан подошелближе и положил тарелку на прикроватную тумбочку. – Знаю, что с родителями не хочешь ужинать.

– Спасибо тебе, – ее глаза наполнились слезами.

– Это еще что такое? – нахмурился Дамиан, сев на краешек кровати и заключая девушку в свои надежные объятия.

– Ты такой заботливый…

– Ну, хочешь, стану опять злым, малыш? Если тебя это так расстраивает…

– Придурок, – фыркнула сквозь слезы девушка. – Я очень тебя люблю.

– А я люблю тебя, – Дамиан наклонился, чмокнув ее в губы.

– Ты сам для меня приготовил? – поинтересовалась она, положив голову на плечо своему парню.

– Да. Твоя мама соорудила яблочный пирог, но тебе же нельзя сладкое. Поэтому я подумал, что твое любимое блюдо сгодится больше. Заказывать не стал, хотел сам приготовить для моей девочки.

Конечно. Мама никогда не думала о ней. Так было всю жизнь, и Эви даже не была удивлена.

Плевать. Лишь бы не лезла к ней.

Такое чувство, что мать в больнице ее навещала только ради правил этикета и норм. Но никак не от чистого сердца. В ее ледяных глазах не было ни сочувствия, ни боли, ни вины. Одно раздражение за свое потраченное впустую время. Испорченные планы. Будто Эви была препятствием для ее нормального рабочего дня.