Книга Призраки Эхо, страница 249 – Оксана Токарева

Брендан решимость товарища ценил, однако не забывал, что служба безопасности тоже имела доступ к техническим коридорам. Во время эвакуации они, конечно, постарались соблюсти секретность. Но среди такого большого количества людей, близкие которых сейчас укрылись в убежище, мог затесаться провокатор или жертва шантажа, вроде Джошуа Грина.

— Береги себя и поскорее возвращайся, — попросила Эйо, на прощание обняв Брендана и найдя его пока не скрытые фонарем экзоскелета губы.

— Только бы с магнитными ошейниками все получилось, — ответив сполна на поцелуй, смутился он, еще раз проверяя планшет.

Когда Пэгги сообщила, что коды у нее, отчаяние, в котором Брендан тогда пребывал, сменилось робкой надеждой, едва не испарившейся, когда они увидели принцессу Савитри в покоях профессора Нарайана. К счастью, удивительное самообладание и продуманная линия поведения, выстроенная отважной махарани Сансары, давали им шанс довершить дело, из-за которого она подвергла себя риску и обрекла на незавидную участь пленницы.

И теперь бюджетное голографическое устройство со стандартным накопителем превратилось в средоточие силы, точно жезл Семма-ии-Ргла или скрижаль завета, а их экипированная самым фантастическим образом разношерстная группа уподобилась искателям земли обетованной или легендарным рыцарям Грааля, которых принцесса Савитри и Маркус Левенталь, точно ангелы преисподней, вели на эсхатологическую битву с легионами тьмы.

Поэтому спина под экзоскелетом горела, подгоняя вперед. То ли там тоже пробивались крылья, то ли набухали болью будущие рубцы от огненных бичей адских демонов, лазерных плетей надсмотрщиков и ненасытных жвал медуз. Так что волей-неволей Брендану то и дело приходилось самого себя осаживать, чтобы раньше времени не истратить силы или от нетерпения не наделать глупостей.

Всю-то свою жизнь он ставил себе планку на почти недосягаемой высоте и злился, если по каким-то причинам ее не удавалось достичь. Его считали вундеркиндом и баловнем судьбы, а он все эти годы с остервенениемпроходческого бура вгрызался в неподатливую твердь науки, распутывал цепочки ДНК, набивал шишки в спортивном зале. Больше всего на свете он боялся не оправдать оказанного доверия и обмануть возложенные надежды. Хотя ни родители, которые из последних сил пытались дать ему образование, ни старшие товарищи, прикрывавшие его в лабиринте монстров, ни, само собой разумеется, вытащившие его оттуда «Барсы» ничего от него не требовали.

Это же стремление доказать прежде всего наставнику и его боевым товарищам, что он отнюдь не пацан и не маменькин сынок, побудило его променять горячо им любимый институт вирусологии на борт боевого корабля. Хотя Брендан отлично понимал, что в тиши лабораторий велась борьба куда более непримиримая, чем на поле брани. Чудовищные эксперименты Нарайана, результаты которых так неожиданно и своевременно использовала во время схватки с охотниками Кристин, служили этому тезису наглядным подтверждением.

Вот и сейчас его гнала вперед не только тревога за судьбу пленных товарищей и других заключенных. Он пытался доказать прежде всего самому себе, что чего-то стоит, и искупить свою вину за то, что не уберег принцессу. Тем более что новоявленные бойцы сопротивления безоговорочно признали его командиром.