Книга Призраки Эхо, страница 206 – Оксана Токарева

— Не вариант, — покачал головой Пабло, невольно вспоминая, как едва не взвыл от бессилия, когда понял, что орудия штурмовавших «Павла Корзуна» охотников прекрасно управляются и вручную.

Позже он узнал, что эта конструктивная особенность диктовалась суровымиусловиями жизни на орбите пульсара, периодически вырубавшего внутреннюю сеть и всю связанную с ней электронику. Даже сейчас, выстраивая работу программы-зеркала, Пабло учитывал капризы аккретора и гравитационную аномалию черной звезды. Впрочем, случавшиеся время от времени сбои в городе привычно списывали на помехи.

— Тогда надо взламывать их поле и выковыривать эту погань из-под брони, как долгоносиков! — воинственно потрясая скорчером на манер бородатого топора, пророкотал Дольф.

— Если удастся захватить хотя бы пару танков, получим реальный шанс отстоять корабли, — согласился с ним Лева Деев, который и поныне болезненно переживал неудачу с обороной «Павла Корзуна».

Впрочем, после трехмесячного противостояния даже самые опытные и отчаянные абордажники не преуспели бы в штурме боевых машин. Да и системы жизнеобеспечения поврежденного корабля уже находились на последнем издыхании.

— Только сначала заправим и защитим «Нагльфар», а заодно выберем для взлома удобное место на пустоши, — кивнул Пабло, стараясь не смотреть на притихшую Кристин.

— Раньше времени обнаруживать наше присутствие на «Эсперансе» в самом деле не стоит, — благословил его Левенталь, еще не ведая, что строптивая дочь тоже найдет способ принять участие в вылазке. — К тому же дополнительные энергетические мощности из арсенала охотников нам точно не помешают. Нельзя, выиграв одно сражение, проиграть в войне.

— Вот уж не думал, что когда-нибудь в трезвом уме и здравой памяти допущу этого пса Содружества до операторской «Нагльфара», — только качал головой Шварценберг, наблюдая, как Пабло вместе с Шаманом и Кудесником скрупулёзно и тщательно проверяют и выстраивают заново систему безопасности пиратского корабля, не оставляя даже лазейки для возможности взлома.

Пабло едва ли не с умилением и ностальгией обнаружил, что контрабандисты все еще используют систему кодов, разработанную Еленой Лариной, а на программах, отвечающих за орудия, по-прежнему стоит установленный им еще на Васуки блок, не позволяющий применять бортовые плазменные установки против кораблей Содружества. К счастью, Шварценберг в последние годы в основном сражался против Альянса, да и охотники использовали совершенно другую систему кодов и программ.

— Что, оператор, как побывал на Раване в нашей шкуре, больше нанары не хочешь? — наблюдая за его работой, подкалывал Пабло Таран, припоминая штурм «Нагльфара» и свой плен.

— Да там, говорят, на руднике и нар нет, — вздыхал Дольф, переживая за судьбу Эркюля и Шаки.

— А как же люди там спят? — ужаснулся Чико, невольно вызвав у оператора и артиллериста улыбки.

Конечно, изолятор «Пардуса» и тюремная камера, в которой отбывали заслуженное наказание пираты Шварценберга, по уровню комфорта напоминали недорогой отель: на «Нагльфаре» обстановка была и то более спартанской. Да и пытки к ним никто не применял. Однако Таран тоже знал, что усталость может сморить и под обстрелом в окопе, и со связанными руками в сыром подземелье. А Пабло к этому мог прибавить невеселые воспоминания о последних неделях плена, когда их сутками держали висящими на стене, а потом обрекли на донорство в установке энергообмена.