Онлайн книга «Право на дом»
|
Набежавшая волна поглотила его. Пена с шипением облизнула берег и помчалась обратно. С шипением… шепотом… Волны шептали и манили меня, словно что-то… Чей-то голос. Тоска, разрывающая сердце, тянула за линию горизонта. На запад. – Акил, паршивец, куда сбежал? А?! Я тебя сейчас! Боль пронзила ухо, я упирался, но меня потащили обратно, в ненавистный мне… В Последний предел. – …драконом его. Да будет связь эта крепка! Я был принцем. Я был тем, кто молчал. Я был тем, кто мстил. Я был тем, кто умирал. Я странствовал. Я оставался взаперти. Я сохранял память в рисунках – и забывал. Я убивал. Я обманывал и предавал. Я жил. Пять лет. Год. Тридцать лет. Двадцать лет. Столетие. Двести лет. Несколько мгновений. Тридцать четыре жизни промчались перед глазами калейдоскопом, фейерверком взорвались в памяти и осели разрозненными фрагментами, перекраивая разум, иглами впиваясь в чувства и мысли, уничтожая то, кем я был, и делая меня тем, кем я стал. Александр – мое имя. И я совершенно точно знал: она будет жить. * * * Глаза открывались медленно. Тяжесть во всем теле, словно нечто придавило меня к постели. Эжен, что ли, опять сел на кровать?.. Затем я распахнул глаза и понял: не та жизнь. Не то время и не тот… дом? Резко сев на ложе, стоявшем перед алтарем Кеола, я понял еще одну вещь. Ко мне вернулась память. Знания наполняли меня и бурлили безумным варевом, грозя перелиться через край. Ух, тяжко… Голос Эйри продолжал монотонно вбивать слова в мою голову, курильницы возносили дым подношений, сестра недовольно пялилась на меня с соседнего ложа. Очень недовольно. – Только без рукоприкладства, хорошо? – Я примирительно поднял ладони, Аниса фыркнула и сдула с лица челку. Ее волосы длинными черными змеями скользнули за спину. – Не обещаю, – мрачно буркнула сестра. – А что, собственно… – Голову сдавило обручем, и я поморщился. – Почему мы в храме Кеола? – Ты не помнишь, как ножки подкосились, братец? – с невинным лицом вкрадчиво спросила Аниса. – Так я напомню. Ты, ублюдок эдакий, замуровал меня возле врат на тысячу лет и не давал переродиться, пока сиятельные засранцы спокойненько себе пытались поделить власть. Сколько ты прожил жизней, Александр? – Тридцать четыре, – помедлив, ответил я. – А ты не забыл, что нам говорила мать? – Ее голос дрожал. Кажется, сестра еле сдерживала гнев. – Ну… – Конечно, я помнил, но признаваться не хотелось. Она и так излишне беспокоилась обо мне. – Если бы ты не был так слаб, я бы тебя нашпиговала стрелами, как индейку, – прошипела Аниса. – Каждая. Гребаная. Жизнь. Одного. Из. Близнецов. Зависит. От. Другого. Близнеца. Ты чуть не убил себя, придурок! Я засмеялся. Аниса послала мне взгляд, способный испепелить даже огненного дракона Костераля. Горло перехватило, кашель разорвал грудную клетку. Я устало провел рукой по лицу. – Мы две недели восстанавливаемся в храме, Эйри погрузила нас в лечебный сон. И пока силы не вернутся, никуда мы не двинемся. Две недели. Понятно теперь, почему тело такое тяжелое. Хотя по сравнению с долгим сном Анисы… Ничто. Где-то глубоко внутри словно защемило нерв. Наверное, я испытывал легкий укол вины. – Где этот храм? – Неподалеку от Последнего предела. Мы все еще на территории стражей. И скажи, зачем ты… Интересно, сильно будет сопротивляться Костераль, если я попрошу его перенести нас в Бастарию? Последний предел – не менее важная позиция, но хорошо бы наведаться в родные места да осчастливить тамошнее начальство… |