Книга Закон дитто, страница 107 – Анна Щучкина

Кира? Какая Кира? Ее зовут Сейя! Я переводил взгляд с Эжена на Кристен и ничего не понимал.

Стражники разняли девушек. Они тяжело дышали, а командир прошипела:

– Это тебе за брата, сучка. Ты будешь визжать от боли в подземелье Бастарии.

Сейя расхохоталась и сплюнула кровь, скривившись от боли:

– Как же не повезло бедняжке.

Кристен дернулась, пытаясь вырваться, но ее держали крепко.

Давьел тяжело посмотрел на меня.

– Я вынужден доложить Густаво, начальнику императорской охраны. Обвинения стражей серьезны. Ее задержат для суда.

– Вы не посмеете. – Я сжал кулаки и твердо посмотрел в глаза Давьелу.

Это точно какая-то ошибка. Стражи не могут сбежать. Они дают клятву и служат до конца жизни! Ее зовут Сейя! Сейя!

Давьел мрачно усмехнулся:

– Длань закона тверда. Боюсь, даже принц не может ее смягчить. Увести.

Проходя мимо меня, Сейя прохрипела:

– Прости, Винсент.

Эжен и Кристен подошли ко мне. Под глазом командира расплывался синяк, а рассеченная губа опухла.

– Это и был вопрос, который я хотела задать вам. Но обстоятельства удачно сложились – ответ поджидал нас в покоях.

Она поправила хвост и кивком указала на выход Эжену.

– Прошу нас извинить.

Эжен виновато улыбнулся и вышел за ней.

Двери закрылись, оставив меня в оглушающей тишине. Лишь следы крови на полу доказывали, что мгновения назад здесь была драка. Я сжимал и разжимал кулаки, чувствуя бессилие и отупляющую усталость.

Я не мог поверить, что это происходит со мной. Кто выдержит столько горькой правды, обрушившейся в одночасье?

Сейя никогда не рассказывала мне о своем прошлом, всегда уклоняясь от этой темы в наших редких разговорах. Просто упоминала, что «ее изменили события давно минувших дней».

Так вот какие события ты имела в виду, Сейя?

В дверь постучали, и слуги внесли подобающие трехдневным возношениям одеяния. С верха стопки на меня насмешливо глядел монашеский пояс. Я уставился на него, и нехорошая мысль червяком вгрызлась мне в мозг.

Не может быть. Она же ее шпионка… прознала, что та скрывает информацию?

Меня переодели и надушили, смазали волосы ненавистным маслом.

С почтением закрыли двери, увидев принца на коленях.

А я дождался вечера и незаметно выскользнул из покоев, дав несколько таффруков охране, чтобы те не сразу донесли о моей вылазке императрице.

Надо наведаться к Густаво.

Начальник императорской стражи был непреклонен.

– Нет. Никакого помилования дезертирам, уж это тебе должны были вдолбить в Академии. – Он никогда не использовал со мной почтительное обращение, когда мы оставались наедине, чему я был искренне рад – обычно, но не сейчас. Сейчас я просто не мог радоваться.

– Почему?

– Винсент, утром ее казнят.

– Что?..

Густаво отложил перо и прямо посмотрел на меня. Была уже полночь, а он до сих пор сидел за бумажной работой.

– Дезертир и убийца восемь лет находилась подле принца. А теперь подумай – кто к тебе приставил эту охранницу?

Императрица. Именно она настойчиво досаждала отцу с просьбой. Но ведь именно она и хотела, чтобы стражи с ней встретились. Его слова заставили меня по-другому посмотреть на ситуацию, несмотря на страх, затопивший мое сердце.

– Да, Винсент, – тихо сказал Густаво, подтверждая мои мысли. – Вина на императрице, она же за собой и заметает следы.

– Но почему вы так спокойно говорите об этом? Разве у вас нет власти защитить ее?! Разве у меня ее нет?! – сорвался я на крик.