Книга Ордо Юниус, страница 93 – Анхель Блэк

– Такой, как ты, никогда не сможет ему дать того, что предначертано. Сам Кадасси это предсказал.

– Мне плевать, – сквозь зубы выплюнул Фергус.

Хайнц тихо засмеялся, обхватил ладонями его лицо, рывком поднимая голову и глядя в глаза. Он наслаждался его обездвиженностью, издевательски размазывая пальцами кровь по щекам и вискам.

– Ты не можешь пойти против всего мира.

– А я пойду.

– Уже пошел. И поэтому ты умрешь сейчас. И стоило это того, если результат не поменялся? – Хайнц продолжал улыбаться, любуясь агонией на его лице.

– Прибереги свои красивые слова для следующей встречи. Будешь скулить на коленях вместо меня, – с трудом проговорил Фергус. Все внутри разрывало от боли, кислород заканчивался в легких, и кровь текла неумолимым потоком.

– Когда-то и я был таким, как ты. Я думал, что ты поймешь, но псы не созданы анализировать, правда?

– Верни его… обратно.

– Мы говорим на разных языках, Фергус.

– Верни его на место.

– Его место не здесь, – покачал головой Хайнц, убирая от него руки.

– Здесь! – прорычал Фергус. – Его место здесь, в нормальной жизни, где у него будет детство и собственный дом. Он ребенок! Ему не нужно что-то там предначертанное. Ему всего десять, оставьте его в покое!

– Не все иногда происходит так, как мы этого хотим, Фергус. – Лицо Хайнца утратило прежнюю приветливость, золотистые глаза подернулись льдом. – Этот мир такой. Он жаждет исполнения своей воли, и я ему это предоставлю сполна. Грейден такой особенный мальчик. Он должен стать самым великим Мастером. Он нужен Крестейру.

– Вы сломаете его. – Голос Фергуса дрогнул, и он почувствовал себя совсем жалким и разбитым. – У меня тоже была предначертанная ерунда, о которой ты говорил. Тебе меня мало?

– Тебя оказалось недостаточно.

Пернатый отвел взгляд в сторону, затем посмотрел поверх его плеча и кому-то кивнул.

– Я верил тебе. Бес тебя дери… Я так верил тебе, я правда верил тебе, а ты забираешь его, чтобы посвятить какой-то мифической чуши, выплюнутой Божеством?! – Фергуса затрясло от собственного бессилия. – Я тебе верил!

– Мне жаль. – Хайнц с шорохом поднялся на ноги и развернулся, уходя прочь и забирая Грея в свои руки.

Фергус отчаянно зарычал, захрипел совсем по-волчьи и дернулся вперед, за ним.

Но у него ничего не получилось.

Сильная мужская рука вцепилась в плечо Фергуса и одним рывком нагнула его, утыкая лицом в землю.

Фергус вскрикнул от неожиданности, попытался сопротивляться и брыкаться, но символы под ним обжигали кожу до черноты, и кровь толчками выплескивалась из разорванного живота, окропляя землю. Снежинки, кружась, таяли в черных лужах, вплетались в белые волосы и оседали на темных, грязных одеждах Греха.

Мастер, явившийся с Хайнцем, с явным удовольствием сгреб длинные волосы Фергуса в пучок, сжал пальцами густые пряди и оголил загривок.

Фергус широко распахнул глаза и выпустил когти от унижения. Хотелось развернуться, выдрать ему глаза и язык, переломать каждый палец, но все, что мог сейчас Грех, – это бессильно рычать. Неожиданно в его ладонь вонзился чей-то кинжал, прибивая к пентаграмме.

Фергус хотел возмутиться, хотел впиться хотя бы зубами в держащую рукоять кинжала руку. Все вокруг походило на очень реалистичный сон с плохим сюжетом. Такого просто не могло быть в той реальности, в которой привык жить Фергус.