Книга Ордо Юниус, страница 154 – Анхель Блэк

Грейден рассеянно следил за стекающими по стеклу каплями дождя, привалившись плечом к дверце машины. Небо за окном налилось чернушной синевой и тяжело провисало над зеленеющими полями, словно набрякший от влаги тонкий брезент. Впереди за дождевой завесой виднелся темный силуэт окраины Тэйлии, и Мастер гадал, принадлежал ли этот район Ордо Юниус.

«Скорее всего. Иначе он бы не повез меня здесь», – нахмурился Грей, желая по привычке схватить пальцами трость.

Хайнц сидел рядом с ним, устало привалившись к спинке сиденья и скрестив руки. Грею было неуютно. Хотя между ними и оставалось расстояние, но все же этого было недостаточно, чтобы чувствовать себя свободно. Каждый раз, когда машина подскакивала на ухабе, Грейден держался изо всех сил прижатым к дверце, чтобы не коснуться бока Греха.

– Мы почти в Тэйлии, – неожиданно тихо сказал Хайнц. – Это район Суэнскрик, принадлежит Ордо Юниус. Для твоей безопасности мы проедем через него и остановимся на границе. Там начинается территория Диспара.

– Очень подозрительное беспокойство о моей безопасности, – не сдержался Грей.

– Ты все еще не веришь мне? – Грех улыбнулся, поворачиваясь к нему.

– Нет. И не собираюсь. Ты похитил меня и хотел убить.

– Я похищал тебя с другой целью.

– Как будто ты бы сказал мне правду.

– Я же не убил тебя. И отпускаю, – мягко ответил Хайнц.

– Ты можешь убить меня в любой момент. Пока не уйду – не поверю, – хмыкнул Грей.

Хайнц рассмеялся, но в этом смехе не было ни радости, ни веселья. Грейден чувствовал от него напряжение, граничащее по силе с тем, что ощущаешь всякий раз, находясь в непосредственной близости с чем-то опасным.

– Любая точка зрения рано или поздно меняется в зависимости от обстоятельств, – устало сказал Хайнц, поправляя волнистый локон на плече. – Самое тяжелое в этом всем – принять то, что ты ошибался. Или что тебя намеренно заставляли принимать ошибку за правду.

Грейден молча опустил взгляд на свои сцепленные на коленях ладони, затянутые в перчатки. Он не знал, что ответить на эти слова, как и не имел ни малейшего желания поддерживать разговор с тем, кто сломал его жизнь. Он хотел скорее выбраться из машины, увидеть живого и невредимого Фергуса, убедиться, что со всеми остальными все в порядке, и вернуться в тишину своей квартиры.

Они уже были на подъезде к распахнутым воротам в город, когда Хайнц недовольно проворчал, закатив глаза:

– А вот и он. Уже мчится со всех ног. Сколько раз я учил его думать головой, но он все равно действует силой, как дикая собака.

– Что?.. – Грейден не успел даже закончить свой вопрос, когда на крышу грохнуло что-то очень тяжелое, едва не продавив металл. Водитель резко нажал на тормоз, машину повело в сторону, и в какой-то момент Мастеру показалось, что сейчас они перевернутся, но неожиданно движение остановилось.

Со стороны Грейдена машину крепко придерживал за бок Фергус в своей второй форме, вцепившись черными когтями в металл. Он обеспокоенно заглянул в кабину и распахнул дверцу, оторвав ее.

– Мастер? Мастер! Вы в порядке? Вы целы?

Его обнаженные плечи дымились из-за свежих ожогов от фулу, на мокром черепе повис кусок пергамента, а грудь тяжело вздымалась. Но он был здесь, целый, живой и неизгнанный, и у Грейдена буквально отлегло от сердца. Он до последнего не мог убедить себя в том, что тогда успел вытащить Фергуса из пентаграммы.