Книга Ордо Юниус, страница 129 – Анхель Блэк

– Господин Грех! Господин Грех! – Маленькие существа тянули за изрезанное в лохмотья пальто, дергали за штанины и трогали голени маленькими теплыми ладошками.

«Что происходит? Где Грей? Они ушли? Сколько времени прошло?»

Фергус ошарашенно вертел головой, пытаясь понять, где он очутился и что происходит. Вокруг все так же завывала вьюга, раскачивая голые ветки деревьев. Она хлестала сухим снегом по щекам, но Фергус настолько промерз, что совершенно не чувствовал холода. Его тело с трудом разогревалось и начинало гнуться. Он удивился, что черные от окоченения пальцы все еще не отвалились.

Фергус повернулся и встретился с желтыми глазами незнакомого Цзунари, деловито помахивающего пушистыми хвостами с белыми подпалинами. Его верхняя губа брезгливо подергивалась, уши жались к длинным рыжеватым волосам, но, надо отдать ему должное, держал он крепко.

Вокруг стояла глухая тишина, заливающая ультрамариновыми сумерками землю и нарушаемая только шуршанием снега. Черные остовы деревьев были похожи на плотоядных чудовищ во тьме, сухие листья уже давно скрылись под слоем снега. Под ногами Фергуса была застывшая лужа черной крови и стертые наспех символы Мастеров, прожегших землю. Маленькие Хранители Очага цеплялись за его ноги с таким отчаянием, словно он их Божество, тянули за одежду горячими руками и жали к голове пушистые заснеженные уши.

Фергус снова посмотрел на Цзиня, держащего его под руку, и сделал глоток морозного воздуха.

– Ну и рожа у тебя, Грех. – Цзинь презрительно скривил губы, сверкая золотистыми глазами, и затем отпустил его, отряхивая перепачканные пальцы. От него пахло табаком, кровью и мокрой шерстью.

– Где Грей? – Фергус с трудом выдавил из себя эти слова, и его глотка вспыхнула так, словно он выпил раскаленное олово. Затылок неприятно тянуло, ноющая боль спускалась по позвоночнику и вызывала внутри мерзкую дрожь, от которой немедленно хотелось снова упасть и свернуться клубком, как побитая дворняга.

– Господин Грех, они ушли. – Хранители Очага виновато сложили перед собой лапки.

– Что? Как? Надо догнать! – Фергус рванул вперед и сделал несколько шагов, прежде чем начать заваливаться набок. Ноги ощущались совсем деревянными, колени с трудом гнулись, и он наверняка со стороны походил на изломанную марионетку.

– Стой! А моя плата? – возмутился Цзинь, но Фергус не слушал его.

Он неуклюже попытался выровнять походку и навалился на покосившийся забор, скрипнувший под его весом. Фергус зацепился пальцами за припорошенные снегом доски и потянул носом воздух, как охотничий пес. Его правая сторона онемела, он хромал, как старик, но упрямо двигался по едва заметным следам, держась за забор. Снег замел практически все, выморозил почву, но Фергус чуял отголоски запахов. Они были такие слабые, еле заметные, и Грех списал это на свое хреновое состояние. Ведь не мог он, в самом деле, настолько долго пролежать тут, что все уже выветрилось.

– Грей? Грейден! – отчаянно позвал Фергус. Ответом был лишь шорох снега по стволам деревьев и вой надвигающегося бурана.

– Господин Грех, стойте! Пожалуйста! Они уже ушли! – Хранители Очага бежали за ним, но не поспевали за шагом.

– Грейден!

Фергус рвался напролом, снося крепкой грудью заледенелые ветки. Их хруст напоминал звук ломающихся костей. Он с трудом пробрался к тропинке через заросли вяза, и оставшиеся редкие листья крошились под подошвами ботинок.