Книга Начало, страница 20 – Анхель Блэк

Мальчик вытер лоб тыльной стороной ладони, оставляя темный след на белой коже, и Фергус увидел, что его руки перепачканы черной греховой кровью. Она мазками расчертила его светлую рубашку, испачкала коленки и одну щеку, как будто кто-то брызнул на него чернилами.

– Вставай!

– Мне жаль, маленький Охотник, но праздничный пирог на твое совершеннолетие придется есть как-то без меня, – покачал головой Грех и попытался встать. Он прополз на коленях пару шагов и завалился на оторванную руку, морщась от боли. Она была настолько яркая и выматывающая, что у него на краткий миг помутнело в глазах.

– Они скоро придут, как ты не понимаешь! – крикнул мальчик. Он прошуршал по траве, подобрался к его здоровому плечу и безбоязненно подпер его своим тощим тельцем, чтобы Грех не свалился обратно.

– Я очень даже понимаю. И поэтому говорю тебе уходить. Поверь мне, люди не будут в восторге, если увидят, как ты пытаешься поднять такую тварь, как я.

Мальчик упрямо сжал губы в линию, насупился, отводя взгляд, но никуда не ушел, а продолжил подпихивать Греха в сторону леса.

– Ты меня совсем не слышишь? Уходи! – Фергус сделал свой голос тверже. Он совершенно не хотел завлекать в кошмар этого ребенка и не понимал, почему он не бросит его. – Уходи, я сказал!

– Вставай! – внезапно наперекор крикнул мальчишка и посмотрел так отчаянно и беззащитно, словно Фергус был его последней надеждой. – Поднимайся! Ты слишком тяжелый, я не смогу тебя поднять!

Грех смотрел на него очень долго и пытливо, пытаясь подобрать слова, но в голове остался только белый шум и целый океан удивления. Он видел Греха раз в жизни, разве это стоилотакого риска? Что такого случилось в жизни этого ребенка, раз он выбрал помощь чудовищу?

Додумать ему не дали запахи опасности. Фергус резко замолчал, поднял голову и невольно обхватил целой рукой мальчишку, прижимая к себе. Тот ахнул от шока, дернулся, но замер, услышав глухой голос:

– А вот и Мастера.

– Они убьют тебя, – сказал мальчик.

– И тебя заодно, если ты сейчас же не уберешься, маленький Охотник, – строго посмотрел на него мужчина, но мальчишка намертво вцепился в его окровавленную рубашку и отвел взгляд.

– Тогда нам обоим надо уходить, – глухо ответил он.

Фергус вздохнул, понимая, что совершает сейчас какую-то импульсивную глупость, что не стоит так идти на поводу своих эмоций, но сгреб одной рукой мальчишку в охапку и натянул маску-череп на лицо из последних сил.

– Тогда держись.

Когда Мастера пришли на место, то нашли лишь подсохшую лужу черной крови и лоскуты одежды Греха.

След потерялся в густом темном лесу, утопая в его свежести и запахе прелого мха. Фергус уносил ребенка прочь от человеческого поселения, от плюющихся проклятиями Мастеров и окраины леса, пропитавшейся кровью. Он думал, что у него не будет столько сил, но на удивление почувствовал свой предел только ближе к рассвету, когда небо затянуло светлой дымкой начинающегося дня.

В самой чаще леса, у тонкой полоски ручья шириной в пять человеческих шагов, Грех притормозил и бережно опустил ребенка на сочную зелень травы. Первые солнечные лучи скромно скользнули сквозь изумрудную листву, опустились смешливыми зайчиками на траву и могучие стволы деревьев. Звонко распевались птицы, где-то стучал дятел.

Мальчик не проронил ни слова, глядя на то, как Фергус сдирал с себя остатки рубашки и присаживался перед водой, чтобы смыть кровь. Он оглядел его раны и сразу отвернулся, чтобы скрыть свой испуг. Кажется, он только сейчас полноценно смог все увидеть и осознать.