Книга Сказка – ложь…, страница 46 – Евгения Липницкая

Говорили ещё разное, мол, захватив лесную девку с её бастардами, приказала я заколоть и тех тоже, а потом, дескать, велела запечь их мясо в пирог и накормить тем пирогом непутёвого своего мужа; что, мол, только милосердием повара бастарды оказались спасены и спрятаны до поры, пока не схватили злодейку, то есть меня, и не решили, по наущению монахов, казнить лютой смертью – сжечь на костре, а пепел развеять по ветру, чтобы, значит, не вернулась невзначай.

Да уж, приятель, мерзость всё это, как есть мерзость! Были и другие приписываемые мне преступления, похуже перечисленных, но их я вам даже называть не стану! Теперь-то вы и сами наверняка понимаете, как обманывают доверчивых слушателей подлые сказители, всякий раз завершая свои истории пышностью свадебного пира, и до чего лживы их заверения о долгой счастливой жизни после него! А уж сколько наивных девичьих душ погублено из-за этих россказней! Да что там говорить, я и сама одна из тех простушек, верившая некогда в чушь о прекрасных благородных королях, что женятся на юных красотках и остаются им верны до конца своих дней.

Впрочем, одного такого я всё же встречала. Человека истинно благородного, смелого, доброго, достойнейшего из правителей, какого знал мир. Закончил он, правда, плохо… как, в общем-то, и большинство ему подобных, о ком когда-либо доходила до нас молва. Ну да так уж устроен этот мир, где справедливость давно похоронена в глубокой бездне и место то позабыто людьми.

Что говоришь? А-а-а, хочешь узнать о том дивном человеке подробней! Это можно. Тем более мне о нём всё равно придётся упомянуть, если вы с приятелем соизволите выслушать мою историю до конца. А? С превеликим интересом, говоришь? Ну надо же! Будь только другом, освежи кружку, чтоб было чем старой Элле горло промочить, пока рассказываю. Вот так… Благодарствую, милый! Что ж, слушайте да мотайте на ус, и ничего, что тот ещё не отрос, как у тебя, например, дружок. Это дело наживное. Главное, что сердце твоё уже сейчас достаточно велико.

Так о чём это я? Ах да, благородный король!

Впервые я повстречала его на исходе первой своей луны в чужой земле, куда прибыла после позорного поражения. Край тот, надо сказать, был весьма благодатным, а местные жители, хоть и говорили на странном наречии, показались мне людьми вполне разумными, хоть и не больно-то радушными. Если бы не вездесущие церковники, что, сами понимаете, по старой памяти мне и нынче поперёк горла, то и вовсе было бы неплохо на новом месте приживаться.

Хотя, конечно, всё это я сумела оценить много позже. А тогда, будучи совершенно раздавленной всеми перенесёнными несчастьями, и дышать-то продолжала лишь благодаря данному верному Кигану обещанию. Магию применять я опасалась, не желая быть обличённой или, что ещё хуже, обвинённой наново, так что если и прибегала порой к чарам, то лишь к самым простеньким да от крайней необходимости. Люди в том краю почти повсеместно уже отказались тогда от своих старых богов, но вот различные суеверия в них жили крепко, порастая, как дурной плесенью, страхами да запретами.

Вот и перебивалась я как умела. Нищенствовала, ела что придётся и когда повезёт, ночевала под открытым небом, как дикий зверь. Одежда моя, и прежде бывшая неприглядными лохмотьями, за время скитаний вовсе обтрепалась, а золотые косы свалялись в грязные колтуны, так что и без всякого морока вид мой был в те дни жалок. В чём я в полной мере убедилась, решившись наконец извлечь из котомки своё драгоценное Зеркало.