Книга Песни хищных птиц, страница 72 – Рия Альв

И все же картина столь мирной идиллической жизни никак не вязалась с характером Фреи.

– Ты тот еще лис, но иногда по тебе тоже видно, как сильно она тебе нравится, – Ульвен сказал это без издевки, без намерения поддеть.

Я улыбнулся, даже вполне по-доброму.

– Не то чтобы я всерьез пытался скрывать.

– Береги ее, ладно? – И снова эта невероятно драматическая строгость.

– Клянусь всеми своими девятью истинными именами, – ответил я в том же тоне. Хотел руку к сердцу приложить, но это был бы перебор.

Хотя, конечно, кто кого бережет – тот еще вопрос.

– У тебя правда девять истинных имен? – В голосе почти священный трепет. Ну что за чудесный парень. Я буду по нему скучать.

– Конечно, даже девять с половиной. Но половинчатым именем клясться не принято, – продолжил я сочинять на ходу. – Там, откуда родом мои предки, а это совсем не Сторград, мы получаем по имени за убитое чудовище. Так вот, одно добить я так и не смог, отрубил только одну голову из двух. Пришлось получить только половину имени – за половину чудовища.

Он слушал меня так внимательно, что я остался тронут до глубины души.

Фрея наконец вырвалась из толпы окружавших ее людей и подошла к нам, помешав мне вдохновенно врать ее воздыхателю. Немного смущенная и невероятно счастливая, почти сияющая, она улыбалась так искренне и нежно, что мне стало больно от мысли – я забираю ее у этих людей. Я забираю у нее дом.

– Вот теперь со всеми попрощалась, – весело сказала она. – Ты, наверно, уже устал ждать.

– Ну что ты, я ждал тебя всю свою жизнь, какие-то полчаса такой пустяк. – Я посмотрел на нее так вдохновенно, как только мог.

И тут же получил шутливый тычок под ребра.

Вот так и будь романтиком.

Рейнгардским замком было что-то не так. Это ощущалось сразу, еще на въезде в город, будто странная энергия растекалась от замка по улицам, как река. Она текла и текла вместе с людскими голосами, разговорами, суетой. Еще когда мы с Фреей ехали по оживленным улицам, я все никак не мог понять, что же не так. И только когда мы подъехали к замку совсем близко, до меня наконец дошло.

Я еще ни разу не видел в Рейнгарде столько людей и солнца. Это было противоестественно. Но тем не менее – прекрасно.

Когда мы въезжали в Рейнгард впервые, лил дождь. Башни замка возвышались над городом темно-серыми силуэтами, нагонявшими только тоску. Но сегодня они казались легкими, как акварельный набросок на белоснежном листе. Будто любой порыв ветра мог сорвать Рейнгардский замок с земли и унести его в небо.

Внутри же царило необычайное оживление. По коридорам сновали слуги и придворные. Все здоровались, раскланивались, улыбались и бежали дальше. Мы делали то же самое, периодически переглядываясь, словно спрашивая друг друга: «Мы точно не свернули куда-то не туда?»

В одном из коридоров нас перехватила Аин и повела дальше, весело рассказывая, что у них тут происходит и как они готовятся к приему в честь Равноденствия. Судя по всему, она весьма активно вовлеклась в организационный процесс. По крайней мере, слуги то и дело подходили к ней, чтобы уточнить что-то. А мы с Фреей чувствовали себя здесь все более неуместно и странно. Все это оживление вселяло в меня совершенно непонятную тревогу.

Но сейчас вроде прошло. Сейчас – это когда до приема около суток, до отъезда из Рейнгарда двое, а мы сидим в просторной гостиной и изображаем нормальную жизнь без всякой там необходимости спасать мир. Я стараюсь убить время (раньше, чем оно убьет меня), Фрея что-то читает, Анс, Аин и Райн закопались в чертежи, схемы и расчеты, словно изобретают Звезду Смерти, а Фриг обеспечивает нам музыкальное сопровождение, играя на арфе.